– А где же тетя Софи?
Солнышко заплакала навзрыд.
– Ну, не плачь, где тетя Софи? – погладила ее по голове Бабушка.
– Он ее съел... – произнесла Солнышко.
У Джимми закружилась голова. Он едва удержался на ногах.
Наконец Солнышко зашевелилась и вылезла наружу.
– Где же доктор Браз?! – вскрикнул Колдун. – Он должен нам помочь...
– Доктор Браз!
– Доктор! – закричали мишки-гамми.
– Джимми, возьми себя в руки, ты же мужчина, – сказала Бабушка. – Посмотри в очки ночного видения...
Джимми трясущимися руками надел очки и через несколько минут увидел доктора Браза, идущего навстречу. На руках он нес Райс.
– Слава Богу, – сказал доктор Браз. – Мы снова встретились...
Басовито гудели стволы деревьев. Джимми прислонился спиной к одному из стволов, запрокинул голову и заплакал.
Больше не было ни страха, ни ужаса. Только боль. Он облизнул сухие губы.
– Тетя Софи... милая тетя Софи, – прошептал он. – Прости меня.
Прямо перед ним была маленькая поляна, покрытая яркой зеленью. В траве краснели какие-то ягоды, мелкие, как горошины.
Ноги у Джимми дрожали, и он присел на корточки.
Он вдруг увидел перед собой птицу. Крылья у нее висели, как у курицы в жару, и волочились по земле.
Птица шла прямо на Джимми: он с пустым равнодушием смотрел на нее.
Птица останавливалась, падала грудью на землю и бессильно открывала клюв.
Джимми сидел неподвижно. На берегу о чем-то говорили мишки-гамми, Райс и доктор Браз.
Доктор Браз внимательно разглядывал стеклянные колбы из лаборатории.
– Чтобы получить противоядие, – говорила Бабушка, – нужно найти какой-то сорт ягод, растущих на острове... Причем таких, которыми бы питались динозавры. Затем смешать сок ягод с соком- гамми и добавить по капле жидкости в каждую пробирку. И к динозаврам, и к тиранозаврам, и ко всем остальным.
– Мы получим жидкость? – спросил доктор Браз.
– Да, голубоватую или розовую, – сказала Бабушка. – Нет, еще я могу приготовить пыльцу... Попробуем и то и другое.
– Хорошо, – согласился доктор Браз.
Джимми смотрел и удивлялся самообладанию этого человека.
Пока Бабушка готовила сок-гамми, все медведи должны были танцевать. Это была давняя традиция, передаваемая из поколения в поколение.
Джимми и Райс разожгли костер. Доктор Браз изучал пробирки. А мишки-гамми, взявшись за руки, пошли хороводом вокруг огня.
Пляска состояла в подпрыгивании, в движениях лап, изгибах туловища в разные стороны под аккомпанемент собственного пыхтения, урчания и хлопков.
Сначала припев и движения медведей были медленные, словно они плясали нехотя, но постепенно становились живее, и наконец, Малыш и Солнышко завертелись так быстро, что у Джимми зарябило в глазах и зазвенело в ушах от топота ног, хлопанья в ладоши и взвизгиваний.
Глаза мишек-гамми разгорелись. Наконец, устав до изнеможения, все попадали на землю и растянулись в разных позах вокруг огня, тяжело дыша и отфыркиваясь.
Отдохнув, мишки-гамми уселись большим полукругом позади огня, и затеяли игру. Сидевший справа Толстяк шлепнул левой лапой Ворчуна по спине с возгласом «первый», Ворчун проделал то же с Колдуном с возгласом «второй», затем Колдун шлепнул Малыша, а тот – Солнышко. И так повторялось несколько раз. Если кто-нибудь сбивался со счета, его толкали справа и слева под общий хохот.
Когда и эта игра закончилась, перешли к другой: Солнышко и Малыш присели на корточки и, вытянув вперед передние лапы, одновременно протягивали к огню правые задние лапы, а затем очень быстро подтянув их назад, протягивали левые, если кто-то из них путался, остальные мишки-гамми при общем смехе опрокидывали виновного на спину, и задранные кверху задние лапы Солнышка или Малыша, попеременно мелькали в воздухе. Эта игра так подзадорила мишек-гамми, что они, совершенно забыв об опасности, о только что случившихся на острове несчастьях, стали опрокидывать друг друга безо всякого повода, и кончилось тем, что все они лежали на земле, ногами к костру и хохотали.
– Эти пляски и игры помогают Бабушке, – с улыбкой сказала Солнышко. – Мы всегда так играем, когда она готовит сок-гамми.
– Первая игра называется «ожерелье», – сказал Колдун.
– Вторая – «лягушки», – добавил Толстяк.
Солнышко засмеялась.
– А есть еще третья. Она называется «испытание». Она спокойная...
Малыш подошел к Джимми, сидевшему возле дерева, и заглянул ему в лицо.
Джимми через силу улыбнулся.
– Хочешь, мы покажем тебе игру «испытание»? – спросил Малыш.
Ему очень хотелось развеселить Джимми.
– Хорошо, покажите, – согласился мальчик.
Рядом с костром лег Толстяк. Мишки-гамми окружили его со всех сторон.
Бабушка принесла чашку, наполнила ее до краев голубоватой жидкостью и поставила на живот Толстяку.
Затем Солнышко присела сбоку и стала щекотать пятки Толстяка. Остальные мишки-гамми начали громко считать.
Испытание состояло в том, что лежащий Толстяк, несмотря на щекотку, должен лежать настолько смирно, сдерживая дыхание, чтобы из чашки не вылилось ни капли, пока не окончится счет до десяти.
Толстяк не выдержал – и на девяти захохотал. Правда, Солнышко, в этот раз, чтобы позабавить Джимми, щекотала слишком сильно.
