Мисс Черити полностью

Узнав наконец мистера Эшли, мама ойкнула и собралась что-то мне сказать. Но вокруг зашикали, заставив ее умолкнуть. Зал уже подпал под действие его чар. Остальные актеры отнюдь не блистали и плохо выучили свои роли, но мистер Эшли, полностью перевоплотившийся в празднословного, заносчивого, неугомонного и неотразимого Петруччо, был великолепен. Как и в прошлый раз, все мое существо перенеслось туда, на сцену. Я была Катариной.

Как мистер Эшли увивался вокруг своей строптивой, как изводил ее, как вышучивал, как прогонял – только для того, чтобы вернуть и обнять за талию… перед тем как дать пощечину! Звучал смех, губы зрительниц складывались в «о!», «ах!» и в улыбки. Когда же Петруччо объявил: «Я собираюсь спать в твоей постели», мама встрепенулась.

Итак, строптивая укрощена, зрители тоже. Занавес.

Гастроли мистера Эшли продолжились, больше мы с ним не виделись. Лето прошло, и холмы Шотландии окрасились в ржавчину и золото. Мой ягненок слишком вырос, чтобы забрать его в Лондон, но Дункан настоял, чтобы я по крайней мере взяла с собой ворона в качестве прощального подарка. Я назвала его Петруччо.

Каждый год происходило одно и то же. Яркие летние воспоминания тускнели в бесконечной серости лондонской погоды. Чем старше я становилась (а мне уже было почти семнадцать), тем сильнее сердце сжималось в предчувствии зимы. Зачитанная до дыр «Книга новых чудес» больше не помогала. Музей давно раскрыл все свои секреты. Оставалось только рисование, но вид из окна начал приедаться. Зато у меня был зверинец. Петруччо внес в него некоторое разнообразие. Мощный, грузный, черный, глянцевый, сварливый, шумный, упрямый и жуликоватый Петруччо. Он так и норовил стукнуть клювом ногу любого, кто оказывался в пределах досягаемости, а Питер вызывал в нем такую ненависть и желание наброситься при малейшей возможности, что пришлось их расселить. Питер остался в классной комнате, а Петруччо был изгнан в закуток Табиты – в маленькую проходную комнатку перед детской, где Табита взяла его под свое крыло. Думаю, ей было по душе, что он тоже родом из Шотландии. Но сама Табита по какой-то причине вбила себе в голову, что Петруччо приехал из Кента и что мне его подарила леди Бертрам. Когда Табита шила, Петруччо скакал вокруг ее стула, то и дело чрезвычайно внимательно проверяя, как дела в корзинке и у нее самой. Уверена, если бы судьба даровала Петруччо шанс свить семейное гнездышко, он бы посвятил жизнь штопке детских носков.

Табите льстил интерес, который Петруччо проявлял к ее хозяйству, пока она не обнаружила под шкафом кучу блестящих пуговиц и иголок, а еще наперсток и ножнички.

Ее любимое объяснение. Табита много разговаривала с Петруччо, и в конце концов он начал ей отвечать. Но, лентяй по природе, он не особо усердствовал. Настойчивая Табита добилась от него трех фраз: «Я демон, кар-кар», «Пожар, тетя Полли!» и «Не вынуждайте меня, Роберт!» с вариациями (например, «Я демон, тетя Полли!», «Пожар, кар-кар»).