— Как думаешь, а для Гленна что послужило источником вдохновения? Поскольку он был тоже весьма впечатлён этой легендой, но воспринимал её, скорее, как должное. Ты не думай… Не пугайся раньше времени. Гленн не сделал мне ничего плохого. Можно даже сказать, что мы подружились, — Бернис невинно улыбнулась. — Была, конечно, парочка угроз, но более благоразумным решением мне показалось проявить участие. Или сочувствие.
Если отбросить лишние предисловия, то придётся признаваться… Он в какой-то орден вступил, Кей. Попал под влияние его сумасбродного руководства. Я это тебе не как следователю говорю, а, скорее, как его близкому человеку. Орден справедливости, что-то в таком духе. Который следит за тем, чтобы маги следовали определенным устоям. Не применяли магию во вред окружающим или во благо собственным корыстным интересам.
Мой отец… наш отец, Алеста. Он весьма незаурядный человек, и очень скоро ты это поймёшь… И методы, которыми он пользуются, конечно, хвалят не все члены магического общества. Но и запретить их никто не смеет, поскольку, если разобраться, ничего противозаконного в них нет.
Однако Орден справедливости отчего-то возомнил, что в этот раз отец всё-таки пересёк черту. Совершил нечто непоправимое. В общем-то, цель моего похищения была именно в том, чтобы вытянуть из меня подробности этого непоправимого действия.
— И ты, не стоит даже сомневаться, ничего ему не рассказала? — уточнил Кей, внимательно глядя в глаза Бернис.
И даже глаза чужие. А ведь всего пару лет назад одного этого взгляда, чтобы утонуть, с головой погрузиться в пучину чувств.
— Мне нечего рассказывать, Кей, — заметила Бернис, не отводя глаз. — Отец не совершал ничего такого, за что его могли бы судить. А даже если совершал, то единственные, кто имеют право его судить — это члены Совета. Никак не новорожденный Орден. Мы весьма неплохо провели время. Много разговаривали. И даже слегка прогулялись. Я пыталась выведывать у Гленна сведения об Ордене, он у меня — сведения об отце. Мы оба потерпели неудачу. — И зачем-то добавила, видимо, желая уколоть Кея в ответ — за то, что тот посмел усомниться в Вистане Меллигане: — Ничего плохого со мной не случилось. Видимо, моё очарование одинаково сильно действует и на младшего, и на старшего брата.
И Кей, который, по всей видимости, должен был поморщиться от прилива ненависти, вместо этого посмотрел на Алесту и заметил:
— Прежде чем за дело взялся Гленн, тебя пытался поймать… как бы сказать помягче… неопытный маг. Но наткнулся он на Алесту.
— И по несчастной случайности погиб, — впервые за всё это время вступила в разговор Алеста.
— Погиб? — Бернис нахмурилась.
— Я его убила, — Алеста попыталась говорить непринужденно, но Кей все равно расслышал — голос у неё дрожит.
— Убила? — уточнила Бернис. Эти откровения, кажется, произвели на неё большее откровение, чем неожиданная встречу с сестрой-близнецом. Похоже, осознавая, что где-то на этом свете у неё есть сестра, Бернис и представить не могла, что при первом же знакомстве эта сестра начнёт признаваться в убийстве. — Давайте лучше по порядку.
Пришла пора рассказывать историю со стороны Плуинга — занялся этим, конечно же, Кей. И происходящее наконец начало складываться в довольно логичную картину. Некий Орден решает выведать информацию о Вистане Меллигане и ради этого посылает в Леберлинг мальчишку на побегушках, чтобы тот привёл дочь этого самого Вистана — ведь кому, как не дочери, которая в свои весьма юные годы уже неплохо продвинулась в магии, знать о тёмных делах отца?
По пути мальчишку настигает метель, и он останавливается в Плуинге, чтобы дождаться более спокойной погоды. Заселяется в первый попавшийся (и единственный) гостевой дом, а потом видит прямо-таки удивительную картину: разыскиваемую им девушку, которая проходит под окнами гостевого дома.
Какое-то время он, пожалуй, колеблется. Но всё-таки этого времени очень мало, чтобы принять взвешенное и обдуманное решение. Он решается на весьма безобидный шаг — усыпить эту девушку самым простым заклинанием, однако что-то идёт не по плану, и девушка успевает это заклинание отбросить.
А на следующее утро парнишку находят мёртвым… Ордену эту, конечно, не особо-то и нравится — впервые так открыто заявил о себе и сразу же наткнулся на провал. Тогда же в истории появляется Верн Вут. А одновременно с ним вступает в игру и Гленн…
— Подождите, — прервала Кея Бернис. — Я вижу в ваших словах одну важную неточность. Которую ты пропустил, Кей, поскольку весьма пренебрежительно относишься к магии. Ты сам говоришь: нацеливатель на открытом окне. Этот мальчишка обратился к механизму, поскольку чем дальше расстояние до цели магического воздействия, тем сложнее до него дотянуться… Это если простыми словами говорить. Тем не менее, мальчишка был магом, вряд ли сильно продвинутым, но всё-таки. Правильно?
— Правильно, — согласился Кей.