Волан-де-Морт победил, и все его враги пали. Низко пали. Ниже некуда… Среди них и Гермиона Грейнджер, проданная с молотка на аукционе. Теперь она вещь. Крайне дорогая собственность Люциуса Малфоя.
Многие насильники вовсе не являются больными людьми. Это личности, которые верят, что могут безнаказанно навязать свою волю другим.
(с) Тед Банди
Гермиона загнанно оглядывает просторный кабинет, ища пути отступления. Бесконечные книжные полки, набитые древними фолиантами в кожаных переплетах – верно, они стоят баснословных денег. Натуральное дерево, тяжелые портьеры из парчи на стрельчатых окнах, вычурные гобелены на стенах. Роскошь и благородство Малфоев.
— Мисс Грейнджер, я должен подготовить вас для сына, — хладнокровно заявляет хозяин дома, стоя напротив нее у широкого дубового стола.
Высокий осанистый мужчина средних лет, достаточно привлекательный для своего возраста. Гладкие платиновые волосы зачесаны назад, стальные серые глаза цепко впились в девушку, изучая ее с головы до ног. Черная мантия Пожирателя ниспадает на пол. Его мрачный, но утонченный облик и пугает, и восхищает одновременно.
— О чем вы, мистер Малфой? — пленница старается сохранять ровный тон, пряча руки за спину, чтобы не показать ему тремор в кистях.
— Об этом, — он небрежно взмахивает волшебной палочкой, и она остается абсолютно обнаженной перед ним.
Гермиона вскрикивает. Судорожно прикрывает грудь предплечьем и стыдливо прячет лобок под ладонью. Заливается густым румянцем, сжавшись и пытаясь уменьшиться настолько, чтобы совсем испариться.
Провалиться сквозь землю.
— Ох, глупенькая грязнокровка, — снисходительно говорит он, приподнимая уголки рта в самодовольной ухмылке, так похожей на манеру сына: по всей видимости, это наследственная черта. — Прятаться негде, мисс Грейнджер.
— Не смейте прикасаться ко мне, — хнычет она сквозь накатившие слезы, и, пытаясь храбриться, отступает назад к стене.
— Я купил вас для сына, дорогуша. Пусть мальчик развлекается с «любимой» грязнокровкой, подумал я. Драко ведь так презирал ее в школе, — объясняет взрослый мужчина наивной девочке. — Мой сын станет для вас лучшим наказанием. Так ведь, мисс Грейнджер?
— Вы подарите меня сыну, как игрушку? — Гермиона захлебывается возмущением, голос предательски дрожит и срывается, оставляя на языке привкус горечи и обреченности.
— Можно и так сказать, юная леди, — задумчиво изрекает темный чародей. — Но прежде я хотел бы извлечь собственную выгоду из запредельно дорогой покупки, — он делает шаг в ее сторону, и она в ужасе отступает назад. — Я расчетливый человек, мисс Грейнджер, поэтому хочу получить компенсацию – сполна.
— Нет-нет-нет! — причитает она в неверии, отчаянно мотая головой. — Вы не можете. Нет!
— Да, наивная дурочка! Еще как могу, — победно произносит Люциус, наступая на нее и плотоядно разглядывая хрупкое тело. — У меня есть некий фетиш. Пристрастие, так скажем, к нежным девственным девицам, — Гермиона издает сдавленный писк, вжимаясь в стену и сползая по ней на пол. — Самое прекрасное в вас – это та редкость, с которой вы встречаетесь. Как ни прискорбно, я не могу позволить себе найти подходящую прелестницу среди чистокровных, — с сожалением вздыхает он, скорбно опустив уголки рта. — Мало того, что таких девушек ограниченное количество… Так еще все дочери моих приятелей уже обещаны своим женихам и должны попасть на брачное ложе нетронутыми. Это обязательное условие чистокровной помолвки.
Малфой замолкает, вальяжно снимая черные перчатки из драконьей кожи и отбрасывая их прочь. Он расстегивает серебряную пуговицу со змеей, и тонкий плащ плавно соскальзывает с его плеч на пол. Гермиона дрожит, забившись в угол кабинета.
— Поэтому мне приходится довольствоваться отбросами, —откровенничает мужчина. — Я всегда придерживался политики чистой крови, насколько это возможно, — уточняет он, — и выбирал для своих безобидных утех только полукровок.
Его грациозная походка отточена до совершенства, и вот, четко выверенные шаги замирают у ее босых ног.
— Вы станете первой маглорожденной ведьмой в моей коллекции, мисс Грейнджер, — заявляет он так, будто делает ей одолжение. — И все благодаря вашей известности в качестве подруги Гарри Поттера. Вы сделали буквально все, моя дорогая, чтобы прославиться и разозлить преданных сторонников Темного Лорда, — Люциус посмеивается над ее бесполезными подвигами. — Ох, многие хотели бы вас поиметь, — ликует он, злорадно хохотнув, — но не у всех достаточно средств.
Величественно нависая над ней, он высокомерно смотрит на нее сверху вниз.
— Не думаю, что мой наследник удивится подпорченному товару, — ухмыляется мужчина. — Он о вас не высокого мнения, мисс Грейнджер.
— Как впрочем, и я. Признаюсь, не ожидал найти вас нетронутой, — светлые брови ползут вверх, отдавая ей должное. — Однако это и стало причиной вашей покупки. Как только я услышал от распорядителей аукциона, что лот на пятьдесят процентов дороже из-за исключительно девственной чистоты, я тотчас загорелся, — вспоминает он, потирая руки. — Если бы не ваше целомудрие, я бы даже не взглянул в сторону грязнокровой мятежницы.
Холодные глаза Люциуса вспыхивают огнем.
