– Значит, вы полагаете, что именно так она и поступила? По-вашему, Клотильда сказала девушке о Майкле нечто ужасное и та решила не выходить за него замуж?
– Нет, сомневаюсь. Тогда Верити сообщила бы мне об этом. Уж как-нибудь дала бы знать.
– Что же произошло?
– Я еще не успел рассказать вам. Мы назначили день, час и место. Я ждал. Ждал невесту и жениха, но они так и не появились, ни о чем не известили меня, даже не извинились. Я так никогда и
– Ей нужна была информация
– Да. Да, наверное, это так. Видите ли, мне кажется, Верити ничего не говорила о своем браке тем, кто мог бы попытаться остановить ее: Клотильде и Антее Брэдбери-Скотт. Но она почитала Элизабет Темпл, а та имела большое влияние на нее... поэтому я и подумал, что, возможно, девушка написала ей или дала о себе знать каким-то иным способом.
– Думаю, так оно и было.
– То есть Верити дала о себе знать?
– Да, она что-то сообщила Элизабет Темпл, ведь та знала, что Верити собирается замуж за Майкла Рафиэля. Мисс Темпл сказала мне: «Я знала девушку по имени Верити, которая собиралась замуж за Майкла Рафиэля». А узнать это она могла только от самой Верити. Наверное, девушка написала ей об этом. Потом, когда я спросила: «Почему же она не вышла за него замуж?» – мисс Темпл ответила: «Она умерла».
– Итак, мы снова зашли в тупик. – Каноник Брабазон вздохнул. – Вот только эти два факта нам и были известны. Элизабет знала, что Верити собирается за Майкла. А я – что они намерены обвенчаться, даже назначили место и время. Но молодые так и не появились.
– Значит, вы не имеете понятия о том, что произошло?
– Я не могу поверить, что они решили расстаться.
– Но ведь
– Это ничего не объясняет, ибо в таком случае Верити известила бы меня, предупредила бы, что венчание не состоится. Она была воспитанной девушкой и обязательно сделала бы это. Нет. Боюсь, могло произойти только одно.
– Смерть? – Мисс Марпл вспомнила, что именно это слово произнесла Элизабет Темпл и оно прозвучало как удар колокола.
– Да. – Каноник вздохнул. – Смерть.
– Любовь, – задумчиво проговорила мисс Марпл.
– Что вы хотите этим сказать?.. – Каноник Брабазон умолк в нерешительности.
– Именно это слово произнесла мисс Темпл в ответ на мой вопрос: «Что убило ее?» Да, она сказала: «Любовь». Затем добавила, что «любовь» – самое пугающее слово на свете. Самое пугающее.
– Понимаю, – сказал каноник. – Понимаю, или это мне только кажется.
– И каково ваше мнение?
– Раздвоение личности. – Он вздохнул. – Обычный человек этого не заметит, тут нужен наметанный глаз профессионала. Видите ли, Джекилл и Хайд – не выдумка Стивенсона. Майкл Рафиэль... должно быть... шизофреник. В нем как бы две личности. Я не врач, нет у меня и опыта психоаналитика, однако в нем точно жили две разные личности. Здравомыслящий, милый молодой человек стремился к счастью и располагал к себе. Однако искривления в психике, еще не до конца объясненные наукой, заставляли его убивать, причем не врага, а тех, кого он любил. Вот почему он и задушил Верити. Возможно, Майкл даже не понимал,
– По-вашему, именно так и было?
–
– Но, вероятно, это случилось именно
– Во время судебного процесса...
– То есть после того, как было найдено тело Верити и полиция арестовала Майкла? – уточнила мисс Марпл.