– Совершенно верно. Добрый старый Томми. Хорошо ловил мышей. Был настоящим охотником. – Эдит Паже замолчала и чуть слышно кашлянула. – Извините меня, мадам, за эти разговоры. Вспомнились прошлые дни. Вы хотели меня о чем-то спросить?
– Мне приятно было слушать ваши воспоминания, – ответила Гвенда. – Для этого я и пришла. Как вы знаете, меня отправили к родственникам в Новую Зеландию, и, конечно, они не могли мне ничего рассказать о моем отце и мачехе. Она... она была хорошая, верно?
– Очень любила вас. О да, часто брала вас на море или играла в саду. Она и сама была очень молода. Совсем девочка. Я часто думала, что, играя с вами, она радуется не меньше вас. В сущности, она сама была ребенком. Доктор Кеннеди, ее брат, был гораздо старше ее и вечно сидел за своими книгами. И когда она приходила из школы, то вынуждена была играть одна...
Мисс Марпл, сидевшая у стены, спросила:
– Вы живете в Диллмуте всю свою жизнь, не так ли?
– О да, мадам. Отец владел фермой за холмами, она называлась «Райлендс». У него не было сыновей, и мать не могла вести хозяйство после его смерти, поэтому она продала ферму и приобрела маленький модный магазинчик в конце Хай-стрит. Да, я всю жизнь прожила здесь.
– И я полагаю, вы все знаете о жителях Диллмута?
– Ну да, конечно, это же был маленький городок. Хотя летом, насколько я помню, сюда приезжало много народу. И все это были очень приличные люди, которые селились здесь на все лето, не то что эти теперешние туристы и экскурсанты. Добропорядочные семьи, из года в год снимавшие одно и то же жилье.
– Наверное, вы знали мисс Кеннеди до того, как она стала миссис Холлидей?
– Ну да, знала ее в лицо и иногда встречала на улице. Но узнала ее как следует, только когда поступила к ним работать.
– И она вам нравилась? – поинтересовалась мисс Марпл.
Эдит Паже повернулась к ней.
– Да, мадам, нравилась, – ответила она, и в ее словах явно чувствовался вызов. – Хотя говорили о ней всякое. Она была очень добра ко мне. Я не могла себе представить, что она способна совершить такое. Я просто места себе не находила. Хотя, знаете,
Она вдруг осеклась и виновато взглянула на Гвенду.
Гвенда поспешила ее успокоить:
– Я хочу все знать. Пожалуйста, не думайте, что я могу обидеться на вас. Она ведь не родная мне мать...
– Это верно, мадам.
– И знаете, мы очень заинтересованы в том, чтобы... отыскать ее. Мы не знаем, где она живет, и даже жива ли она вообще. И есть основания...
Она замешкалась, и Джайлз быстро сказал:
– Вполне законные основания. Мы не знаем, действительно ли она умерла или нет.
– О, я вполне понимаю вас, сэр. Муж моей двоюродной сестры пропал... это произошло после Ипра... и мы до сих пор никак не можем добиться, чтобы признали факт его смерти. Бедняжка вдова совершенно измучилась. Естественно, сэр, если вас интересует что-то, что мне известно, я охотно вам расскажу. Вы же для меня не чужие люди. Мисс Гвенда с ее «винниз»... Как забавно она это говорила!
– Это очень любезно с вашей стороны, – поблагодарил ее Джайлз. – Итак, если вы не возражаете, я приступлю к делу. Миссис Холлидей покинула дом совершенно внезапно, как я понимаю?
– Да, сэр, это был большой удар для всех нас и особенно для бедняги майора. Он был совершенно убит.
– Я хочу спросить вас напрямик – имели вы хоть малейшее представление о мужчине, с которым она сбежала?
Эдит Паже покачала головой.
– Вот и доктор Кеннеди спрашивал меня об этом, и я тоже не смогла ему ответить. И Лили не могла. Не говоря уже об этой Лейони, она же иностранка.
– Вы не знали, – продолжал Джайлз. – Но могли догадываться. Теперь это уже дело далекого прошлого, и ничего страшного не произойдет, если вы ошибетесь в своих предположениях. У вас, несомненно, должны были возникнуть какие-то подозрения.
– Да, у нас были подозрения... но имейте в виду, это только подозрения. И я ничего не могу утверждать с уверенностью. Я ничего не видела. Но у Лили, которая, как я сказала, была неглупая девушка, задолго до этого возникли подозрения. «Попомни мои слова, – говаривала она мне. – Этот парень влюблен в нее. Обрати внимание, как он смотрит на нее, когда она разливает чай. И как его жена ведет себя при этом».
– Понятно. А что это... э-э... за парень?
– Сейчас, сэр, боюсь, уже забыла его фамилию. Столько прошло лет! Капитан Эсдейл... нет, не то... Эмери... тоже нет. Мне кажется, что она начиналась с «Э». А может быть, и с «X». Скорее всего, какая-то необычная фамилия. Но я никогда не вспоминала об этой чете за все прошедшие шестнадцать лет. Он с женой останавливался в отеле «Ройял Кларенс».
– Отдыхали здесь?..
– Да, но мне казалось, что он или они оба были знакомы с миссис Холлидей прежде. Они наведывались к нам в дом довольно часто. Так или иначе, если верить Лили, он был влюблен в миссис Холлидей.
– И его жене это не нравилось.
– Не нравилось, сэр... Но знаете, мне никогда в голову не приходило, что в этом таится какая-то опасность. И до сих пор не знаю, что и подумать.
Гвенда спросила:
– Они были все еще там, в отеле «Ройял Кларенс», когда Элен, моя мачеха, убежала?
