– Это мог быть любой из них, – сказала Гвенда. – Ты понимаешь, Джайлз?
– Едва ли их интересовало алиби, дорогая, – возразила мисс Марпл.
– Я не имею в виду подлинное алиби, а просто чтобы оправдать свое отсутствие в офисе. Я хочу сказать, что один из них говорит правду, а второй лжет. Один из них позвонил другому и попросил его приехать сюда... чтобы на него пало подозрение, но мы не знаем, кто именно из них двоих звонил. И нам предстоит это решить. Я считаю, что Джекки Аффлик. Я говорю: Джекки Аффлик.
– А я думаю, что Волтер Фейн, – сказал Джайлз.
Они оба взглянули на мисс Марпл.
Та покачала головой, говоря:
– Возможен и третий вариант.
– Конечно. Это Эрскин! – воскликнул Джайлз и бросился к телефону.
– Что ты собираешься делать? – спросила Гвенда.
– Звонить по междугородному в Нортумберленд.
– О, Джайлз, неужели ты и в самом деле думаешь...
–
В напряженном молчании все трое ждали, когда зазвонит телефон.
Наконец раздался звонок, и Джайлз поднял трубку.
– Вы заказывали разговор с Эрскином. Говорите, пожалуйста. Майор Эрскин на проводе.
Джайлз нервно прочистил горло.
– Эр... Эрскин? Говорит Джайлз Рид... Рид, да.
Он бросил испуганный взгляд на Гвенду, как бы спрашивая: «Что же, черт побери, мне сказать ему?» Гвенда проворно встала и взяла у мужа трубку.
– Майор Эрскин? Говорит миссис Рид. Мы узнали о доме... «Линскотт-Брейк». Это... это... вам что-нибудь известно о нем? Я полагаю, это где-то недалеко от вас.
– «Линскотт-Брейк»? – уточнил Эрскин. – Нет, кажется, никогда не слышал о таком. А какой указан почтовый адрес?
– Здесь напечатано очень неразборчиво, – ответила Гвенда. – Вы же знаете, эти ужасные, рассылаемые агентами объявления, напечатанные на машинке. Но это примерно в пятнадцати милях от Дейта, и мы подумали...
– Мне очень жаль. Я не слыхал о таком. А кто там живет?
– О, дом пустует. Но не беспокойтесь, мы уже почти обосновались в своем нынешнем доме. Мне так неудобно, что я потревожила вас и оторвала от дел.
– Нет, нет, все в порядке. Я занимался домашними делами. Жена уехала, а кухарка отлучилась к своей матери. Поэтому мне пришлось погрузиться в домашнюю рутину. Боюсь, я не преуспею в этом. Куда привычнее мне было бы поработать в саду.
– Мне тоже больше по душе работа в саду, нежели хлопоты по дому. Надеюсь, ваша жена здорова?
– О да. Она поехала к сестре. Вернется завтра.
– Ну, спокойной ночи и извините за то, что потревожила вас.
Она положила трубку.
– Эрскин отпадает, – с триумфом заявила она. – Его жена в отъезде, и он занимается домашними делами. Значит, остаются двое других, не так ли, мисс Марпл?
Мисс Марпл выглядела мрачной.
– Мне не кажется, мои дорогие, – сказала она, – что вы дали себе труд как следует все продумать. О боже, я и впрямь очень обеспокоена. Если бы только я знала, что надо делать...
Подперев руками подбородок, Гвенда бесстрастно взирала на остатки торопливого ланча. Скоро ей придется убрать со стола, вымыть посуду и подумать об ужине.
Но она не станет спешить. Ей нужно время, чтобы привести в порядок свои мысли. Слишком стремительно развивались события.
Когда она прокручивала их в памяти, они казались ей хаотичными и просто немыслимыми. Все произошло очень быстро и просто неправдоподобно.
Инспектор Ласт появился рано – в половине десятого. С ним приехали детектив, инспектор Праймер из главного управления, и главный констебль графства. Последний задержался ненадолго. Инспектору Праймеру было поручено расследование убийства Лили Кимбл и всех сопутствующих ему обстоятельств.
Инспектор Праймер, мужчина с обманчиво мягким характером, вкрадчивым голосом спросил, не причинит ли он ей излишнего неудобства, если его люди немного покопают в саду.
Сказано это было так, будто его люди займутся раскопками ради физической разминки, а не ради поисков мертвого тела, захороненного восемнадцать лет назад.
Джайлз вмешался в разговор, сказав:
– Думаю, вам могут оказаться полезными наши предположения. – И он рассказал инспектору о переносе ступенек, после чего препроводил его на террасу.
Инспектор взглянул на забранное решеткой окно угловой комнаты на первом этаже и высказал предположение, что там была детская. Джайлз подтвердил это.
Потом инспектор и Джайлз вернулись в дом, а двое людей с лопатами спустились в сад, и Джайлз, прежде чем инспектор успел задать вопрос, сказал:
– Думаю, инспектор, вам было бы полезно выслушать то, чего моя жена не говорила ни одному человеку, кроме меня и... э-э... еще одной персоны.
Доброжелательный и вместе с тем испытующий взгляд инспектора Праймера обратился на Гвенду. Ей показалось, что инспектор задается вопросом: «Можно ли полагаться на суждения этой женщины или она из числа фантазерок?» Поэтому начала она с оговорки:
