– Это вам насплетничали деревенские ведьмы? Им поперек горла мои развлечения. Но полиции нет дела до частной жизни.
– Совершенно верно, – сухо подтвердил Мельчетт. – Ваши нравы и замашки меня не касаются. Я здесь потому, что поблизости обнаружен труп молодой блондинки в вечернем туалете... Она убита...
– Немыслимо! – вскричал Бэзил, широко раскрыв глаза. – Но где?
– В библиотеке замка Госсингтон.
– В Госсингтоне? У Бантри? Изумительно придумано... У старикашки Бантри! У этого зануды Бантри!
Краска гнева залила лицо полковника Мельчетта. Он решительно оборвал неуместную веселость киношного юноши:
– Потрудитесь выбирать выражения. Я пришел, чтобы получить ваши показания.
– Вас интересует, не потерял ли я свою блондинку? Почему... А впрочем, впрочем... Кого там еще несет?
Перед домом резко заскрежетали тормоза. Из машины выскочила молодая женщина в черно-белом одеянии, похожем на пижаму. Кроме платиновых волос, бросились в глаза ее ярко накрашенные губы и ресницы, мохнатые от туши. Распахнув дверь, она яростно завопила:
– Почему ты меня там бросил, подонок?
Бэзил Блейк встал ей навстречу:
– Легка на помине! А чего мне было дожидаться? Я тебя звал, но ты зафордыбачила.
– Я не хотела еще уезжать. Было чертовски весело!
– С мерзавцем Розенбергом? Будто ты не знаешь
– У, злюка! Бесишься от ревности, вот и все.
– Не воображай о себе слишком много, миленькая. Просто не могу терпеть, когда женщина, с которой я сплю, налижется и дает себя лапать негодяю.
– Брешешь! Сам назюзюкался и лез к этой чернявой испанке!
– Ты приехала со мной и обязана была вести себя пристойно.
– Не желаю, чтобы мне указывали. Ты обещал привезти меня домой. А когда я расстаюсь со своей компанией, мое дело.
– Вот и осталась одна. А мне захотелось уехать, и я уехал. С какой стати потакать твоим идиотским капризам?
– Благодарю за любезность!
– В конце концов, ты сама добралась.
– Чтобы сказать тебе, какой ты хам!
– Испугала, как же.
– Не думай, что сможешь мной командовать! Не выйдет.
Их взгляды метали молнии.
Полковник Мельчетт воспользовался секундой паузы и громко кашлянул.
Бэзил Блейк стремительно обернулся:
– Как? Совсем забыл про вас... Можете отчаливать. Впрочем, представляю вас друг другу: Дина Ли и полковник Мельчетт из полиции графства... Убедились, что моя блондинка жива и здорова? Валяйте, щупайте дальше старикана Бантри с его проделками! Чао!
Полковник, сдерживаясь из последних сил, ответил:
– Попридержите язык, молодой человек. Иначе вам несдобровать. – И вышел, весь пунцовый от возмущения.
В Мач Бенэме в своем служебном кабинете полковник Мельчетт тщательно изучал последние полицейские работы.
– Теперь все как на ладони, – сказал инспектор Слэк. – После ужина миссис Бантри пробыла в библиотеке недолго и ушла ранее десяти часов. Она погасила свет; больше туда никто не входил. Слуги разошлись спать в половине одиннадцатого. Лоример оставил для хозяина напитки в вестибюле и ушел к себе без четверти одиннадцать. Подозрительного шума никто не слышал, кроме... третьей горничной. Зато она слышала чересчур много! Громкий шепот, шаги, леденящий душу крик – в общем, полный набор! А соседка по комнате, вторая горничная, клянется, что та проспала всю ночь не шелохнувшись. Особы с буйной фантазией вечно мешают следствию...
– Что выяснилось насчет взломанного окна?
– Симмонс утверждает, что работал любитель обыкновенной стамеской, – ответил инспектор Слэк. – Особого шума и не могло быть. Стамеска, вероятно, валяется где-нибудь поблизости, но пока на нее никто не наткнулся. Обычный инструмент в преступлениях подобного рода.
– У вас не создалось впечатления, что кто-то из слуг знает больше, чем говорит?
Инспектор Слэк ответил, чуть поколебавшись:
– Нет, сэр. Не думаю. Они просто взволнованы. Меня поначалу насторожила осмотрительная сдержанность Лоримера. Но, думаю, эти подозрения беспочвенны.
Мельчетт кивнул. Его не удивляла замкнутость Лоримера. Неуемный Слэк на допросах хоть кого вгонит в страх.
Дверь отворилась, и вошел доктор Хейдок.
– Думаю, мои сообщения о некоторых подробностях вскрытия окажутся полезными?
– С нетерпением ждали вашего прихода, доктор. Итак?
– Новости мизерные. Как вы и предполагали, она задушена. Шею жертвы затянули пояском от платья и завязали сзади. Ничего нет проще. Если молодая женщина не опасалась нападения, то не понадобилось даже много сил. Следов борьбы нет.
– В котором часу наступила смерть?
– Между десятью часами и полуночью.
– Поточнее нельзя?
– Не хочу рисковать своей репутацией. Не раньше десяти и не позже полуночи. Это достоверно.
– А побочных соображений у вас нет?
– Затрудняюсь ответить. В камине тлел огонь, в комнате было тепло; это, конечно, могло задержать окоченение трупа.
– Что еще можно сказать о жертве?
– Самую малость. Она молода, лет семнадцати, пожалуй. Еще не полностью развилась, но мышцы крепкие. Прекрасный анатомический экземпляр. Кстати, она была девственница.
Поклонившись, врач вышел. Мельчетт обратился к инспектору:
– Вы установили, она раньше не появлялась в Госсингтоне?
