Ник в сумерках вернулась в автодом, припаркованный на окраине — за ним уже уходили в небеса не разобранные остовы домов. Она закрыла дверь, прислонилась спиной к стене и взмолилась:
— Домик, прошу… Ну оживи как-нибудь… Пожалуйста… Мне нужно срочно вернуться в Либорайо. Очень срочно!
Протиснувшись мимо огромного холодильника и плиты, занимавших в небольшом пространстве дома чуть ли не все место, она с тоской посмотрела на датчик уровня чистой воды и решила, что сегодня опять останется без душа. Ник скинула с себя обувь, поменяла худи на футболку Лина и легла спать на неудобной, узкой кровати, укрываясь сразу двумя чуть отсыревшими одеялами — ночи были до сих пор холодными, а отопление барахлило. А когда-то этот дом для только-только обретшей свободу после школы ловцов девчонки был просторным, уютным и теплым. Слишком легко привыкаем к хорошему, слишком трудно смиряемся с лишениями.
Ник пробормотала в подушку:
— Чтоб тебя, Маки, орки покусали за хвост — провидец хренов…
Самое обидное — алхимическая батарея работала как раз хорошо. Это сломалась остальная начинка дома.
Утро началось…
Ник даже вздрогнула, ничего не понимая.
Утро началось со звонка давно как почившего интера.
Ник, лежа в своей большой, мягкой, удобной кровати в своей месяц как исчезнувшей спальне ненавистно прошептала в потолок:
— Знаешь, а ты сволочь, дом! Я все же попрошу Брендона тобой заняться!
Она взяла трубку, не обращая внимания на номер — все равно она ни одного не знает.
Где-то далеко, в подвалах Холмов включилась автоматическая запись разговора — все звонки интер-связи отслеживались. Еще недавно о звонке на этот номер доложили бы лорду Холма наказаний, но две недели назад все, кто отслеживал этот номер и знал о нем, таинственно исчезли. Новых распоряжений не поступало, и потому запись будет автоматически уничтожена через месяц. Если в ней не прозвучит кодовых слов, требующих доклада лордам.
— Алло, Доу слушаю…
А в ответ прозвучал самый дорогой голос на свете:
— Доброе утро, Ник!
Она лишь смогла выдавить из себя:
— Лиииииииин… — странные, глупые слезы комком подкатили к горлу. На заднем плане на фоне непонятного шороха и стука в интере раздались крики:
— Он знал!
— Да не знал он — угадал, но как четко!
— Да вашу мааааать, ну как так?! Знать и не звонить!!! Ники, выбирай меня — Лист идиот!!!
Она рассмеялась от таких родных, знакомых голосов:
— Лин, ты там не один?
Он спокойно пояснил:
— Тут Брендон, Рик и Айк. Я…
Ник оборвала его:
— Я так скучала… Ты бы только знал… Надо было вместо той глупой открытки с загадкой просто отправить тебе номер интера.
Заглушая чуть хрипловатый, такой теплый голос Лина, раздались новые крики:
— Девочка! А уж как мы скучали! Плакали, обнюхивали твои открытки и снова рыдали!
— Упаси меня небеса, обнюхивать чьи-то открытки! Но, Ники, мы действительно скучали. Не сбегай от нас надолго — мы пугаемся…
— …до ужаса, Ники, твою же мать!
Лин ворчливо сказал:
— Все-все, успокоились… Ник, я тоже ску…
Его снова перекрыл рык Арано:
— Он не скучал! Он страдал и рыдал на моем плече! А мне нельзя простывать! И, девочка, ты бы знала — как этот матерый лигр тебя любит!
Вмешался явно Дин — слишком тихо звучал голос:
— Утес, угомонись — грачевник прошел. И Лин как-нибудь сам расскажет Ник о своих чувствах — если ты ему дашь хоть чуть-чуть вклиниться в твои вопли.
Ник рассмеялась:
— Рогатые орки, как же я вас всех люблю! Я сегодня вечером возвращаюсь из Фратерниса в Либорайо… У меня такой ворох новостей, и к сожалению, не все хорошие… Никуда не разбегайтесь — я скоро…
Лин тихо рассмеялся:
— Ник, мы едем по делам в Двадцать первый округ — через Фратернис как раз. Будем там через…
Голос Брендона подсказал:
— Через восемь… — Потом раздался визг тормозов, щелчок считывания кода со спецпропуска, и Брендон поправился, — через пять часов приблизительно.
— Да твою же мааааать, клыкастый, тут такая магическая буря! Ахренеть! Где моя ультра?!
Айк фыркнул:
— В багажнике…
Лин, не обращая внимания на вопли, все так же тепло продолжил:
— … будем в столице через пять часов. Тебя… навестить?
Ник возмутилась:
— И ты еще спрашиваешь?! Буду ждать, конечно же! И я припарковалась на улице Пэйкс в самом конце её, только местные почему-то называют улицу Пэ. Лень, что ли, читать лишние буквы? Тогда почему не лень их писать?!
Брендон рассмеялся:
— Это улица Мира, Ники. Найдем…
Лин подтвердил:
— Приедем, Ник… Скоро будем…
Ник еле слышно прошептала:
— Лин, я тебя люблю…
На той стороне канала связи повисла тишина, а потом Лин так же еле слышно сказал:
— И я тебя люблю, малыш.
Концовку фразы заглушил дикий победный рев Арано — Айк не удержал свою ладонь, которой все это время старательно закрывал ему рот.
Ник рассмеялась и нажала кнопку разрыва связи. День обещал быть хорошим. Даже не так — ошеломительным!
Кодовые слова так и не прозвучали, и запись разговора отправилась в архив.
