Лин, разгоряченный после бега, пропыленный и усталый, встал перед сидящей на крыльце Ник и, осторожно лизнув кончиком языка по лбу, уткнулся мокрым, сопящим носом в ухо. Дышал, терся носом, фырчал, щекоча до ужаса горячим дыханием, и Ник, уворачиваясь от него, смеялась:
— Лиииин! Ты же разумное существо! Ты же человек, ну что ты творишь!!!
Он уже в человеческим виде сел рядом с ней, прижимая к себе и утыкаясь носом в макушку. Молчал. Просто обнимал и чуть терся носом о волосы.
Смеркалось.
Совсем похолодало. И только тепло от Лина не позволяло замерзнуть.
Ветер играл волосами, кидая их в лицо. Хотелось ни о чем не думать, но надо же кому-то сказать главное.
— Все так плохо, да?
Плечи Лина чуть дрогнули, подтверждая.
Ник сама сказала:
— Даже пони можно сломать, когда тебе семь лет. Когда ты ребенок — ты в опасности. Ты зависишь от взрослых, а они иногда бывают дрянью, как Беранже.
Лин вздохнул:
— Прости, но её пришлось бы уничтожить. Беранже солгал — она была беременная от него… Там, где жила она с Беранже, небольшой дом и… Человеческая ферма. Трое кормильцев. Я после того, как уничтожил Беранже, предложил им вернуться к цивилизации, вернуться в округ, но они против. Привыкли. Я проверил — еда, какие-то запасы у них есть. Огород, опять же. Беранже по-своему о них заботился. Только кладбище там впечатляющее, конечно…
— И? — она заглянула Лину в подернутые пеплом сострадания глаза.
— И надо сообщить о них местным стражам — пусть отправят к ним кризисных психологов, пусть попытаются вывезти их оттуда. Не дело жить там, где тебя унижали и держали, как скот. — он чуть сгорбился и сцепил пальцы в замок.
Ник обняла его за плечи:
— Все наладится. А не наладится — потом, как разберемся с Закатом, опять вернёмся сюда.
Лин горько рассмеялся:
— И как поможем-поможем!
Ник лишь кивнула — она иногда так помогала, что уж лучше бы не вмешивалась. С тем же цунами…
Домой они вернулись через две недели. Если с кормильцами Беранже местные стражи обещали разобраться и вытащить их из зоны хаоса, то, что делать с телами трех убитых Закатом фейри, ни стражи, ни Ник не знали. Потом, возможно, удастся призвать фейри к ответу, но не сейчас.
В Либорайо было приятно тепло. Вечерний мягкий свет солнца, его карамельные косые лучи, пробивающиеся через листву деревьев в парке, хотелось ловить и пробовать на вкус. Пахло привычно кофе, счастьем и цветами, и капелькой сырости от озера.
Это её город. Это её округ. Это её дом, и сюда ходу никаким Закатам нет. Тут она будет жить и растить ребенка. Сюда она перевезет, если найдет, своих сестер. Она сделает все, чтобы тут, в этом городе было хорошо всем. От вампиров до оборотней. От людей до полиморфов.
— И никаких лордов…
Пока Лин подключал дом к коммуникациям кемпа, Ник стояла рядом с ним, рассматривая праздный, уже никуда не спешащий Либорайо. Любимое время, когда можно просто идти, переплетя свои пальцы с пальцами Лина, когда можно не бояться и думать о будущем… Может, если Лин не сильно устал, прогуляются — надо же познакомиться с его семьей. Или с Мигелем и Брендоном обговорить планы на Холм наказаний. Ей еще лиса спасать от Заката и его правосудия. Может… Может, даже наберется сил и встретится с отцом. Может. Кто его знает, какое у неё будет настроение. Полиморфы, особенно те, которые пони, непредсказуемы!
Со скамейки в парке поднялся худой, как жердь, рыжеволосый парень, и Ник вздрогнула — она узнала его. Не узнать эти желтые глаза и шрам через лоб, нос и щеку было невозможно. Он приветственно помахал ей рукой. Он её тоже узнал.
— Рогатые орки… — только и смогла сказать она.
Парень неуверенно направился к ней и замер, рассматривая. Он взлохматил рыжие спутанные волосы и все же сказал:
— Добрый вечер… Лорд Закат просил передать вам, что он умеет исправлять ошибки. И… — он склонился в низком поклоне, — моя жизнь отныне принадлежит вам. Я в неоплатном долгу перед вами.
Ник еле выдохнула:
— Лин… Нам лис нужен?
Он подошел со спины и обнял Ник:
— А зачем нам лис?
— Сама бы хотела знать. Может, это извинения за неудачную попытку тебя убить?
— Хорошее извинение, Ник. Но повторюсь, ему это было не за чем.
— Не дом же тебя убить пытался, Лин, — сухо сказала Ник. — Кроме Заката некому.
