Роман переносит нас в достаточно новую для этой серии ситуацию. Читательский интерес мисс Силвер делит с представителями закона, что выгодно всем — читатель получает разные точки зрения на дело представителей разных методик ведения расследования, а сама мисс Силвер, пока читатель занят общением с полицейскими, незаметно отправляется в Танбридж-Уэлс и выясняет все, что ей надо. Отношения между старшим и младшим поколением наконец нормализуется — младшее поколение готово признать мудрость старшего, и мисс Силвер приобретает своего «доктора Уотсона» в лице молодого сержанта Эбботта.
Открыто высказывается и общая идея цикла романов с мисс Силвер — акцент на человеческие чувства, отсутствием которых, по мнению автора, грешат современные ей детективы. «В детективных романах зачастую тот же недостаток — отсутствие человеческих чувств. Они похожи на игру в шахматы или математическую задачу — сплошные плюсы и минусы. Это неестественно.» Поэтому в романах с мисс Силвер преобладают положительные персонажи, постоянной чертой являются лирические хэппи-энды и нередки счастливые жизненные истории вроде неприхотливого рассказа мистера Дрейка, который проявляет прямоту и решительность по отношению к юной девушке, которую надо спасти. Рядом с ним, правда, несколькими штрихами обрисованы преследуемая нищетой мисс Гарсайд и неловкая попытка немолодого мужчины пофлиртовать с красавицей, вызывающая бурную реакцию со стороны его жены. Это создает прекрасный фон для развития драмы, тем более выигрышный, что все эти люди слабо связаны друг с другом и их истории по большей части автономны.
На этом фоне тем более заметна забота мисс Силвер о сохранении человеческого достоинства при проведении расследования, нежелание торопиться с выводами и предъявлять обвинения. Она удерживает полицейских, остерегает их от торопливости и, казалось бы, очевидных на первый взгляд выводов. «Когда имеешь дело с жизнью других людей, осторожность — величайшая добродетель», говорит она.
Дедуктивный метод мисс Силвер также кристаллизуется, приобретает характерные особенности, что отражено в концовке романа: до сих пор романы с участием мисс Силвер не заканчивались пространными объяснениями публике, столь характерными для мисс Марпл или Эркюля Пуаро. Она исходит из постоянства человеческих привычек. Даже совершая преступления, люди остаются самими собой, таким образом придавая убийству характерные черты и окраску. К сожалению, это не всегда касается любовных линий: так, мистер Дрейк и его избранница несколько более схематичны, чем остальные, и мы не получаем ожидаемой бурной реакции миссис Лемминг на сей неожиданный брак, а это явно упущенная автором возможность внести дополнительный драматический элемент. Без него возникает впечатление, что миссис Лемминг нужна была исключительно как тиран, и побежденная уже не интересна автору.
На сей раз мисс Силвер получает больше похвал, чем обычно, но именно в этом романе очевидны как нигде ее заботливое отношение и внимание к людям. Она выслушивает мистера Дрейка, прежде чем начать свой рассказ — Пуаро никогда бы не сделал ничего подобного! — и выказывает подлинный интерес к семье инспектора Лэма. Она — настоящий лидер в придуманном специально для нее надежном и стабильном мире, полном хороших и порядочных людей.
Впервые роман опубликован в Англии в 1943 году.
На русский язык переведен В. Тирдатовым специально для настоящего издания и публикуется впервые.
Мид Андервуд внезапно проснулась. Что-то ее разбудило — какой-то звук, но она не знала, что именно. Ей снилось, что она прогуливается с покойным Джайлсом Армитиджем — Джайлсом, который снова был живым и осязаемым.
Мид с негодованием прислушивалась к звуку, который ее разбудил. Впервые во сне Джайлс оказался так близко от нее. Раньше она иногда слышала его голос, разрывающий ей сердце, иногда это был только шепот, и ей не удавалось разобрать слова, но в этом сне слов не было — только чувство радости и удовлетворения.
Они нашли друг друга, но она проснулась и снова потеряла его. Мид села в кровати, напрягая слух. Уже в третий раз она просыпалась среди ночи с ощущением, что слышала какой-то звук. Но сейчас было совсем тихо, а память не сохранила услышанное во сне. Что же это было? Ветер? Но ночь была безветренной. Проезжающая мимо машина? Ухание совы? Летучая мышь, бьющаяся об оконное стекло? А может быть, чьи-то шаги за дверью или в квартире наверху? Мид отвергала эти версии одну за другой. Автомобиль вряд ли разбудил бы ее. На сову тоже не похоже — звук был иным, и разве кто-нибудь слышал, чтобы летучие мыши натыкались на окна? Перекрытия между этажами в старом доме были слишком крепкими и плотными, чтобы пропускать звук сверху, а в этой квартире все спали.
