Мы болтали, хрустели чипсами, печеньями и всем остальным, что не разрешили передать Жене, и Дюймовочка выглядела веселой и почти совсем здоровой. Она даже села в кровати и надела жилетку.
– Вот дура я! Не уберегла лошадку. Надо было с жилетки глаз не спускать!
– Но кто ж знал, что среди нас окажется вор! – рассудительно заметила Майя.
А я вдруг замерла, остолбенев, потому что наконец-то разглядела новый Женин значок.
Это был даже не значок, а маленькая брошка – серебряная планочка с надписью «На счастье» и маленькой подковой, показавшейся смутно знакомой…
Я вгляделась – и точно, эта подвеска была копией той, что лежала у меня в кармане. А потом с забившимся сердцем я увидела на планочке обрывок цепочки… Значит, подковок и вправду должно было быть две!
– Подковок должно было быть две, – произнесла вдруг Женя, словно услышав мои мысли. – Но Марк сказал, что одна оборвалась и потерялась. Но, по-моему, значок и без нее такой лапочка!
Я расстегнула потайной карман – не дай бог и это потеряла! Но нет, вот она, серебряная подковка, в целости и сохранности. Я в нетерпении поднесла ее к значку – и правда, подвески оказались близнецами.
– Вот это да! Откуда это у тебя? – загомонили девчонки.
– Хотела бы я поговорить с Марком, – медленно проговорила я.
– Сашуля! Ты тоже от нас что-то скрываешь! – выпалила Слоник.
– Да! Признавайся, что ты обо всем этом знаешь? – вторила ей Пчелка.
Теперь уже пальцы подруг были нацелены на меня, и шифроваться дальше было бесполезно.
– Ладно, девчонки, не сердитесь! Я вам сейчас все расскажу…
И я изложила все с самого начала – с дня рождения Танюсика. Рассказала про пропавший значок, про странные телефонные звонки, про группу ВКонтакте, ночное свидание у кухни и найденную там подковку.
Девчонки слушали, затаив дыхание. А потом Женя горестно воскликнула:
– Так, значит, это я ТАКОЙ значок не уберегла? Ну и растяпа же я!
– Я еще больше растяпа, – отозвалась я. – Ты-то не знала про значок, а я знала!
– Обе вы хороши! – вынесла вердикт Слоник. – Шифруетесь, секретничаете, скрытничаете…
– И Марк хорош! – добавила Майя. – Получается, это он тебе тогда значок около кухни отдал?
– Вот я и говорю, что хотела бы поговорить с ним… – произнесла я.
За окном вдруг жахнуло с такой силой, что звякнули стекла. Мы дружно завизжали и съежились, закрыв головы руками. И тут же грохот повторился снова, на этот раз еще сильнее.
А потом ударила канонада, как во время салюта – только значительно громче. Дождь ломился в окна, ветки разъяренно хлестали по стеклам, молнии вспыхивали букетами по две и по три сразу! Мы поняли, что до этого были только цветочки, а теперь нас накрыла настоящая гроза.
Лишь на мгновение все стихло – и тут же вдали послышался зловещий конский топот. Он приближался, усиливался, и вскоре уже заглушал раскаты грома и шум дождя.
А потом кто-то требовательно и настойчиво постучал в окно. Вспыхнула очередная молния, осветив темный силуэт, и оглушительный раскат грома заставил крик замереть у нас на устах. Это был всадник, и мы узнали его. Это был Черный всадник. И он пришел за нами…
Первой очнулась Ираида. С воинственным рыком она бросилась к окну и одним махом распахнула его.
– А ну, двигай отсюда! – выкрикнула она и с размаху запустила во всадника бутылку из-под минералки. – Вали, пока цел!
Мы в страхе зажмурились, хотя вокруг и так было темно. Сейчас, сейчас произойдет что-то страшное!
И действительно, в ответ раздалось бешеное конское ржание… И очень знакомый голос испуганно попросил:
– Девчонки, не бойтесь, это я, Марк! Можно я в окно залезу? А то с главного входа меня не пускают…
Из-за грозы отключили электричество, и в свете сверкающих молний и огоньков мобильников мы молча наблюдали, как Марк привязывает коня под деревом и влезает в окно. Когда он спрыгнул на пол, Ираида плотно закрыла раму и проговорила:
– А теперь – рассказывай!
Парень поднял на нас глаза… Плечи его опустились.
– Вы все знаете, – вздохнул он. – Ну ладно. Все равно не имеет смысла ничего скрывать.
Мы сидели вокруг него, как четыре следователя на допросе, а он, понурив голову, рассказывал свою необычную историю.
– В общем, это случилось во время выставки в спортшколе. Мы с народом поспорили, что я смогу незаметно вынуть значок из витрины и сфотографироваться с ним. Я остался в здании после закрытия – охранник хорошо знает меня и разрешает иногда задержаться – и, когда все стихло, а Вадим Анатольевич ушел к себе и включил плеер, я пробрался в зал и взял значок. Это было совсем нетрудно: стеклянный шкаф не запирался, никакой сигнализации и видеонаблюдения – свои ведь все, от кого закрываться?
– Ну да, конечно! – иронично хмыкнула Ираида, и Марк густо покраснел.
