– Эй, аниматор, удовлетвори свою клиентку, а то она какая-то буйная!
После этих слов не выдержал Кео. Он сломал этому уроду челюсть, взял меня за руку и мы вышли на улицу.
– Ты знаешь, в каком они номере остановились?
– Нет. Но я могу узнать.
Вся моя сущность жаждала мести. Я готова была на все, но выбрала самое неприятное.
Кео сбегал и узнал, что да как. После мы провернули с ним следующую вещь: я собрала все Полинкины наркотики, предварительно стерев опечатки пальцев, и мы спрятали их в комнату к этим убийцам (предварительно Кео взял ключ на ресепшн). А после я подошла к стойке и сообщила, что полиции нужно проверить комнату такую-то на наличие запрещенных веществ. А после вообще всего, когда я, от души поблагодарив Кео, снова осталась в номере одна, я пообещала себе больше никогда в жизни не жить вот такой жизнью! Никакого случайного секса, никаких пьянок, и никаких, НИКАКИХ даже мыслей о наркотиках!
Собрав вещи, мы долго думали, что же делать с вещами Полины. Потом решили, что пусть они останутся здесь, им найдут применение. За исключением одной – ее медальона, который она обожала больше всего в жизни. Он был открывающийся, и в нем была фотография какой-то женщины. Когда-то в детстве Полинка вырезала ее из какого-то журнала и уверяла всех, что это ее мама и что она умерла, защищая детей от опасности. Как-то она даже сломала нос мальчику, который обвинил ее в клевете… Я выбросила фотографию и спрятала медальон поглубже в свою сумку.
Уже два дня я ничего не ела и не пила, от этого у меня была жуткая слабость, поэтому я заставила себя выпить стакан сока. Сев к бару возле бассейна, я долго смотрела в никуда. В моей памяти всплывали счастливые моменты нашей с Полинкой «совместной жизни». Ее улыбка в Париже, когда ей дали платье ее мечты. Закрыв глаза, я вспомнила, как несколько дней назад мы сидели с ней на пирсе, болтали ногами в воде, боялись, что нас съедят акулы и пели ее любимые песни. Особенно одну, которую она так хорошо пела при полном отсутствии голоса и слуха. Ночные Снайперы – Ангел. Непроизвольно я запела:
Последнюю фразу Полинка всегда пела с закрытыми глазами, а потом мы смеялись. Открыв глаза, я на долю секунды улыбнулась, а потом слезы опять хлынули из моих глаз. Бармены не понимали, что происходит, но не трогали меня. Через некоторое время подошли девчонки и сказали, что надо собирать вещи.
Вечером мы пошли на ужин, а после нас ждал автобус. Мы сидели большой компанией за столом аниматоров, народу было так много, что многие сидели по двое на стуле, или просто придвигали свои, лишь бы побыть нашей частичкой, разделить то, что с нами произошло. Остальные туристы не понимали, что происходит, но нам было настолько все равно. Я сидела на коленях у Кео, слезы текли по моим глазам. Я ничего не ела, только выпила стакан горячего чаю, потому что чувствовала, что вот-вот упаду в обморок. В скором времени мы пошли к автобусу, предварительно крепко обняв ставших близкими ребят. Особенно долго мы обнимались с Кео, Без лишних слов все между нами было понятно, я была благодарна ему за поддержку. Сев в автобус, я сняла с груди Полинкин медальон – и опять разревелась.
