— Знаешь, Арабель, по-моему, вот эта твоя «одна из лучших учениц» напрочь подзабыла кое-что из разделов демонизма. Не знаю, что она там по «видам и подвидам» изучала, но вчера демона от оборотня даже при личном общении не смогла отличить. Может, ей контактные практические занятия с кем-то из наших помогут? Да, диво-дивное?
— Зато ты смог оценить как я хорошо запомнила кое-что из разделов генной инженерии. И, знаешь ли, демоненка от оборотня без полноценного анализа даже комп «Трейси» не смог отличить. Мы ваши магические ауры не можем видеть, а у князя Александра, если ты о нем, пока всего два истинных тела, как у любого нормального оборотня. А по поводу практических занятий с кем-то из ваших — так это без проблем: обращайтесь, подсоблю. Только потом не канючьте и от работы не отлынивайте.
Ты смотри, пришла в себя. Даже разрумянилась. Всем бы так мысли о хороших парнях кровь грели. Может, подохладить?
— А щитом бездарным вы этого князенка удавить хотели?
— Не поняла. — Удивленно оторвалась от датчиков «милая девушка», впиваясь в меня довольно агрессивным взглядом. — Я просто переплела силовые поля для крепости и чуть усилила.
— Чтоб мошкара отскакивала. — Кивнул, уже дважды сопоставляя результаты. Выводы совершенно не радовали, но Арабель же сказала не делать пока умные заключения. Ладно, повременим, поразвлекаем Аэлиту. — Значит, таки, защищали. А то я бог знает что подумал. Ан нет, права, таки, толпа оказалась. Сходу молвили: понравился вам, девкам, князенька, до полоумия. Я бы сказал, до отупения, но людям же со стороны виднее. Одна, говорят, венок колдовской ему плела, другая, зельем приворотным опаивала и вот, поди ж, какой результат.
— Откуда ты взял такую чушь?
— Народ на базарной площади судачит. Их князек-то «заговоренный» теперь, говорят, больно мечется, за большие деньги вас видеть хочет. И не только он. Средиземский цирк по вас рыдает. Препочетнейший королевский лейбархистар меня Христом Богом молил вас, несравненных, найти. Так как, Лит, может поискать? А вампиры почему от ваших изображений, как от чесночного духа шарахаются?
— Вот о вампирах не надо. Вампиров мы совсем не трогали. Один пристал, сам напал и сам же сбежал, не попрощавшись, будто мы ему жениться предложили или тест на отцовство пройти. Кстати, о тестах. Ты выяснил, каким чудом в Альтернативном демоненок появился? Кого поздравлять будем? Или он не будет рад?
— Белобрыска, а ты точно изучала виды именно демонов? Может, жаб?
— Что не так? — Поджала губки Аэлита. Арабель тихонько улыбалась, но в наш конструктивный диалог пока не вмешивалась.
— Да вот насчет «не будет рад» меня смущает. Тебя нет?
До нее, конечно, уже дошло, но сдаваться без боя она не захотела.
— Принц, так то ж в теории. А на практике, ты знаешь, всяко бывает: пока делал — вроде хотел, а потом призадумался, одумался, но поздно. Как тебе такая романтическая история? Дарю. Можете пользоваться.
— Вот откуда в такой юной девочке столько цинизма? — Картинно развел руками я. — Стыдись.
— Ой, кто бы говорил! Сам довел мою подружку почти до нервного срыва и о цинизме рассуждает. Ринуся сейчас даже готова скоропалительно выскочить замуж за кого ни попадя, от тебя спасаясь!
Я даже развернулся к ней вместе с креслом:
— А этот «кто ни попадя», в твоем понимании, случайно, не Координатор здешней Миссии и распрестижнейший из женишков Атланда? Интересненько, а я тогда в твоей номинации кто, «Пугало года»?
— Очень неплохой вариант. Хотя, под твой типажик подойдут и другие: «Не приведи, Господи», «Что за черт» и, пожалуй, наиболее перспективный «Отведи и помилуй». — Тоже развернулась ко мне с креслом. — Что тебе еще… «интересненько»?
— Пожалуй, посмотреть на ваш вариант «самый-самый».
Она пригаденько захихикала, явно припомнив что-то свое лично-приятное и прочирикала:
— Какая заманчивая номинация. И как раз свободная. Был там, у Риночки один «самый-самый». Вылетел с треском. Может, ты попробуешь? А то ее друг-аналитик слишком умным оказался, хочет сразу перескочить в более стабильную категорию.
— А ты для личной стабильности решила сразу приворотным воспользоваться? Только на Эрслада зельечко не переводи. Он и так от тебя без ума. Каждый миг вспоминает. Не переживай, вернется.
— Пусть не спешит. — Ответила с ослепительной улыбочкой. — Он мне и даром не нужен.
Я тоже умею так шикарно улыбаться. Особенно, когда есть что сказать:
— Зачем же даром? Можешь, как на Биг-Стренде, по-дешевочке. — Ответил и расцвел, наблюдая ее реакцию: на полувздохе замерла и слова выдавить не может. Доулыбались? Всегда приятно производить впечатление собственной осведомленностью. Даже Марсел-Арабель поняв, о чем я, заинтересовалась:
— Литочка, ты, правда, выставила кого-то на торги?
— Всего лишь заключила сделку с аукционной компанией. — Наконец отдышалась она и резко вспомнила о работе. Но любопытство взяло свое. — Как ты об этом узнал?
Не скажу, что не ждал этого вопроса. Он дал мне шанс еще раз продемонстрировать свою шикарную улыбку.
