Нужно снимать этот франтовый императорский наряд. Как-то он на подданных подобающе не воздействует. Или на этом конкретном можно только действие напитков проверять?
— Пора тебе эту легкую бурду заменить чем-то покрепче. — И пошел к бару. — Тебе что захватить?
— Ничего. Я сегодня за здоровый образ жизни. Даже тренажеры вспомнил.
— Тогда разливать будешь. — Поставил на стол мой элитный ром. Пожалуй, от него и я не откажусь. Разливать, так разливать. — Так что ты там говорил насчет «думать»?
Разлил. Выпили.
— Эрс, ладно ты разрешение на въезд и размещение «Примадонн-Арбес» дал. Понимаю. Персональные связи. Зачем ты самолично включил их в программу раута? Может, можно было посоветоваться? Кто кого должен ставить в известность?
Ответом на все эти вопросы стал только неопределенного вида жест:
— Ты всегда все знаешь, видишь и решаешь. Если тебе что не понравится — сам изменишь. А что не так? Разве их нам в подарок не для этого прислали?
— Во-от…мы и подошли к началу нашего диалога: ты когда думать научишься? Тебе показательно-нахально навязывают план действий, а ты его слепо выполняешь, причем, даже не вникая, зачем это кому-то нужно.
За эти разумные мысли я получил в его исполнении самодовольненькую улыбочку:
— Если ты намекаешь, что нам хотели испортить репутацию, то я переговорил с Донной. Пояснил — у нас приличная вечеринка. Не напрягайся, все будет вполне пристойно. Тут не о чем и думать.
— Тут нечем думать, блондиночка. — Я дотянулся и постучал по его светлой голове. — Репутация. Если бы! Нас и всех наших гостей хотят полностью отвадить от дел на весь вечер. И даже не постеснялись оставить себе «страховочные варианты». Ты хоть знаешь, кто их тебе прислал?
— Тебе.
— Нет, дорогой, — тебе. Точно зная твои личные предпочтения, и правильно просчитывая модель твоего поведения.
Кривится. Не нравится. Вспоминает.
— Станислав фон Остинг прислал. Координатор атландцев.
— Молодец. Наливай. А зачем ему это надо?
— Откуда я знаю? У него спроси. Ты иногда умеешь так спрашивать, что любой всю правду ответит.
— Понадобится — спрошу. Но ценность разума — догадаться самому.
— Так я тебе сейчас не нужен? А то я спешу.
Обалдеть! Я от него без ума. Да пусть катится! Всё равно все его мысли не о том.
— Ты где будешь?
— Погуляю по техногенному чуть-чуть. Потом, у себя, наверное. По настроению. Хочешь со мной? Или низменные развлечения ниже твоего царственного статуса?
— Нет, выше. Но с этими гуляй сам. У меня другая девочка на примете. Только, пожалуйста, планету раньше времени не развали.
Он, было, тут же сорвался на выход, но потом до него дошло, что я сказал. Приостановился.
— Что за девочка?
Любопытный какой. Но это как раз тот случай, когда лучше не скрывать пассию, а то, если что, прибью ненароком. Вывел ее досье на экран.
— Запомнил? Иди, гуляй. Там ее точно не будет.
