Что-то обожгло ему шею; мгновение спустя донесся звук выстрела и он, споткнувшись, упал. Вода уже плескалась возле ног. Он понял, что его обошли и что он ранен, хотя и не знал еще, насколько серьезно. Когда небольшая волна ударила в спину, он поднялся на колени и выстрелил в неясную тень, бегущую по вершине гребня. Однако в Джулиана Уайльда он не попал. Прыжок Джулиана, позволивший тому исчезнуть из поля зрения, был сильным и целеустремленным; теперь он оказался в таком же положении, как и Дюрелл, относительно здания маяка. Дюрелл отступил, спотыкаясь в залитых прибоем зарослях тростника у основания бункера. Он почувствовал, как теплая кровь течет у него по шее и по груди, осторожно коснулся раны и понял, что это всего лишь царапина.
Его тревога за Тринку все росла. Сейчас он был метров на двадцать ближе к остаткам маяка, чем Уайльд. Дюрелл с трудом пробился через прибой, добрался до конца гребня и увидел покрытую водорослями стену маяка.
- Тринка!
Та стояла на пороге, глядя сквозь дождь.
- Немедленно прячься внутрь! - закричал он.
Тринка тут же отступила под прикрытие двери. Дюрелл бросился к ней. Сейчас он не видел Уайльда и решил, что тот мог направиться в бункер "Кассандры", считая, что Тринка все ещё там. Нырнув под прикрытие дверей маяка, он упал возле них на колени. Тринка его поддержала, на лице её проступило беспокойство.
- В чем дело? Что случилось?
- Уайльд вернулся.
- Сюда? Но почему?
- Я не совсем уверен, но что-то нарушило его планы.
- У тебя течет кровь, - сказала она, - дай, я помогу.
- Подожди минутку.
Он повернулся лицом к окружающему их миру и осторожно выглянул из мрака развалин. Эта позиция ему не нравилась. Он мог видеть только небольшой участок острова, и его зона обстрела тоже была весьма ограничена. Уайльд мог обойти их и загнать в ловушку...
- Посиди спокойно, - решительно сказала Тринка.
Она оторвала рукав от своей рубашки, сделала тампон и приложила его к ране на шее Дюрелла. Руки её были тверды, вела она себя совершенно спокойно. Он с трудом мог поверить, что всего несколько минут назад держал в своих объятиях её, сгоравшую от страсти.
- Ты видела, как вернулась "Сюзанна"? - спросил он.
- Я... Я не смотрела, - пробормотала она. - Я думала... после того, как мы любили друг друга... а ты ушел обследовать бункер. Я просто сидела здесь и ждала, когда придет прилив и все будет кончено...
- Сколько времени осталось в нашем распоряжении?
- Когда стемнеет, тогда и наступит конец.
- Если прежде до нас не доберется Уайльд, - мрачно буркнул Дюрелл.
Ему очень захотелось чего-нибудь выпить. Дул холодный ветер и когда он заносил в развалины капли дождя, те казались совершенно ледяными. Дюрелл пытался прислушаться, чтобы уловить какие-то звуки, извещающие об опасности, но в реве и грохоте моря невозможно было расслышать слабый звук человеческих шагов. Он чувствовал себя в ловушке, с одной стороны из-за ситуации, в которой они оказались, с другой - из-за вопросов, на которые так и не нашел ответа. Дюрелл повернулся к Тринке и заговорил.
- Думаю, произошло следующее: когда Уайльд заключил сделку с инспектором Флаасом, из Швейцарии пришло сообщение, что его не пустят в страну вне зависимости от того, располагает он банковским счетом или нет. Я не могу осуждать швейцарцев. Уайльду следовало это предвидеть - что швейцарцы вообще не захотят с ним связываться. А кто захочет, чтобы человек, подобный Уайльду, оказался на его территории? Он же сам как чума. Он несет в себе вирус. Независимо от того, что подозревают швейцарцы, этого вполне достаточно, чтобы отказаться иметь с ним любые дела.
- Ну а что это дает нам? - шепотом спросила Тринка.
- Уайльд оказался у нас на руках.
- И чума.
- Да, - кивнул Дюрелл. - Если Уайльд сейчас спасается бегством, если Флаас приказал ему сдаться, то вполне возможно, что он пытался под парусом уйти в Англию, но помешал шторм. Думаю, он не отважился сегодня ночью пересечь на "Сюзанне" Северное море.
- Но он же знает, что этот остров существует только во время отлива, возразила Тринка. - Скоро все окажется на много футов под водой.
- Может быть, он вернулся, чтобы забрать тебя, - безразличным тоном заметил Дюрелл.
Лицо её неожиданно побледнело.
- Забрать меня?
- Или за чем-то еще, что ему очень нужно.
- Во мне он не нуждается. Он оставил меня здесь умирать.
- Я не уверен в этом, - сказал Дюрелл.
- Мне не нравится, когда ты так думаешь. Это нехорошо. Я думала, что мы друзья, - холодно отрезала она.
- Ты имеешь в виду, что мы любовники.
Она покраснела.
- Очень хорошо. Может быть я поступила глупо, но я испугалась, мне хотелось получить удовольствие, когда ты возьмешь меня... и это было чудесно. - сказала она, и в её голосе послышалась легкая враждебность. - Но теперь я не понимаю, что ты хочешь сказать.
- У меня такая работа, - пояснил он, - подозревать все и всех. И тебя, и любого, и всех на свете.
- Ты думаешь, я сообщница Джулиана Уайльда?
- А это не так?
- Но как я могу быть его сообщницей, когда он связал меня и оставил здесь...
- Но он вернулся, верно?
- Но не за мной.
