Мне очень хотелось развить эту тему, но, как на грех, из здания автомойки вышли двое мужчин, загрузились в «Опель» и отчалили, Вадим тут же выбрался из машины, с азартом мне кивнув:
– Потопали.
Мы вошли в помещение мойки, сбоку за небольшим столиком устроились две девушки и пили чай.
– Где хозяин? – спросил их Вадим.
Одна из мойщиц кивком указала на боковую дверь. Вадим быстро приблизился и толкнул ее. Когда я вслед за ним вошла в небольшую комнату, нечто среднее между кабинетом хозяина и кассой, мой спутник нависал над столом, где лицом вниз с вывернутой назад рукой тихо поскуливал мужчина лет сорока в белой футболке.
– Присмотри за бабами, – сказал мне Вадим. – Чтоб не вздумали никому звонить… – и наклонился к хозяину мойки, поскуливание которого к тому моменту перешло в безнадежный стон. – Где ты свою «Ауди» взял, голубь?
– Купил, – смог-таки произнести тот.
Я чувствовала, как его растерянность и страх сменила убежденность, что по-другому и быть не могло, что-то вроде панического и громкого «так и знал».
– Он догадывался, что тачка ворованная, – заметила я.
А Вадим хмыкнул:
– Кто бы сомневался.
– Вы что, с ума сошли?! – заверещал мужик. – Я ее купил… у меня и документы есть…
– Про документы отдельно расскажешь… – кивнул Вадим.
Я вышла из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь, привалилась к ней спиной и наблюдала за женщинами. Чай они допили и теперь не спеша разговаривали, в мою сторону не взглянув ни разу. Я понятия не имела, что буду делать, если кто-то из них возьмется за телефон. За спиной тяжкие стоны сменялись быстрой речью, весьма эмоциональной, иногда доносился голос Вадима.
Минут через десять в открытые ворота заглянула женщина, переговорила с мойщицами и загнала свою машину, после чего устроилась на скамейке возле входа и уткнулась в свой мобильный. Девушки занялись работой, а я решила, что шум воды заглушит любые вопли, вернулась в кабинет и заперла дверь на задвижку. Хозяин мойки от стола переместился в дальний угол и размазывал кровь по физиономии. Судя по тому, что он вдруг начал пришепетывать, зубов он уже не досчитается.
– Ты не слишком его? – спросила я с печалью, вспомнив наставление Максимильяна.
– В самый раз, – ответил Вадим, присел перед мужчиной на корточки и спросил укоризненно: – Ну что? Созрел для разговора?
Тот кивнул и сообщил со вздохом:
– Тачку у Вовы Еланцева взял. Всего за десять штук баксов, надо бы сообразить, что тачка паленая.
– Надо бы, – кивнул Вадим. – А Вова Еланцев, это кто?
Вопрос вызвал у допрашиваемого легкий шок, видимо, в здешних краях Вова Еланцев был человеком известным.
– Где его найти? – иначе сформулировал вопрос Вадим, тоже обратив внимание на чужое затруднение.
– Тут недалеко у него автомастерская. Там, где гаражи. Первый ряд, кирпичный бокс в розовый цвет выкрашен.
– Когда тачку купил?
– Два месяца назад. Соблазнился, тачка совсем новая.
– Вова, значит, тачки чинит, а в свободное время их ворует?
– Ворует или нет, не знаю, а краденые разбирают – это точно. У него все схвачено, сунетесь и…
– Обязательно сунемся, – перебил Вадим. – Значит, так, сидишь тихо, зализываешь раны и не вздумай Вову предупредить. Я вернусь, и твоя мойка превратится в пепелище. Вместе с тобой.
Мужчина кивнул, и Вадим направился к выходу, я открыла дверь и едва не столкнулась с дамочкой, которая загоняла свою машину на мойку. Вадим посторонился с широкой улыбкой, а женщина, сделав еще пару шагов, пораженно замерла, обнаружив за столом окровавленного хозяина, куда тот успел перебраться.
– Мы из отдела по защите прав потребителей, – убрав улыбку, сказал Вадим. – Жалоба поступила. У вас, кстати, претензий нет?
Женщина продолжала таращить глаза, покачала головой, а мы, наконец, удалились.
– Я бы на его месте полицию вызвала, – проворчала я, направляясь к машине Вадима.
– Нет, не вызовет, – отмахнулся он. – Такие типы полицию не жалуют. Себе дороже. Приедут по одному делу, а дел вдруг может оказаться множество.
– Если Еланцева крышуют менты, – сварливо возразила я, – соваться к нему не стоит. Второй раз этот номер не пройдет.
– Думаешь? Давай попробуем.
– Он его предупредит, – упрямо заявила я.
– Поспорим, что нет. Наш друг зубов лишился, и из чувства справедливости решит, что Вове как минимум надо лишиться всей челюсти. Но если у тебя есть сомнения, отправляйся домой, хочешь, такси вызову.
Я досадливо отмахнулась.
– Ах ну да, мы же напарники, – засмеялся Вадим. – Мне нравится твой подход…
Гаражи оказались совсем рядом, мы проехали мимо бокса, выкрашенного розовой краской. Когда-то краска была яркой, но успела выгореть. На площадке рядом стояло несколько машин, все иномарки, но довольно старые.
– Сделаем так, – сказал Вадим, оглядываясь. – Ты останешься в тачке, а я прикину что к чему. В автосервисе вряд ли таджички работают.
– Ты не безнадежен, – похвалила я, симулируя большую радость. – Может, в целях конспирации вдвоем отправимся?
– Ты мне слишком дорога, чтобы я тобой рисковал.
– С чего вдруг?
– Меня еще в детстве учили: женщин и детей надо беречь.
– Трепло, – не выдержала я.
