Стоя под козырьком крыши небольшого магазинчика, сержант полиции Эллиот невозмутимо оглядывал раскинувшуюся перед ним площадь.
Был сырой и темный ноябрьский вечер. Несколько минут назад пробило одиннадцать. Нескончаемый дождь лил так, словно где-то в небе образовалась дыра, и водные запасы, рассчитанные на целое столетие, вдруг задумали пролиться всего за несколько часов. Площадь была безлюдной, что не удивляло полицейского: кто будет разгуливать здесь ночью да еще в такую погоду?
Вода булькала в водосточных трубах, фонари бросали желтые блики на мокрый асфальт. Холодный ветер пытался пробраться под плащ Эллиота, и он зябко ежился на своем посту, думая о маленькой, уютной квартирке, о горячем камине, о жене, которая, он надеялся, тоже думала сейчас о нем. Он угрюмо взглянул вверх, ища просвета.
– Вы не подскажете, как пройти к отелю «Польстен»? – раздался внезапно женский голос.
Эллиот опустил глаза и увидел молоденькую девушку, которая стояла к нему вполоборота, так что рассмотреть ее лицо было почти невозможно. Он увидел только, что на ней был белый плащ и маленькая, плотно облегающая голову шапочка. В правой руке она держала кожаный саквояж. Полицейскому показалось, что незнакомка говорит с иностранным акцентом, возможно, испанским или французским. Впрочем, Эллиот не был силен в языках, и не мог понять в точности.
– Отель «Польстен», мисс?
– Да.
– Сто метро вон по той улице и – направо. Выйдя из своего укрытия Эллиот махнул рукой в нужном направлении. Девушка повернулась, чтобы посмотреть, и сержант подумал, что ей, должно быть, лет двадцать пять. В свете фонаря из-под черной шапочки блеснула огненная прядь, сержант еще никогда не видел волос такого удивительного оттенка, глаза незнакомки напоминали изумруды, если конечно верить тусклому ночному освещению. Во всем ее облике было что-то необыкновенно притягательное, и Эллиот почувствовал вдруг волнение, которого не ощущал годы.
– Спасибо, – кивнула девушка, собираясь продолжать путь.
– Одну минуту, мисс, – остановил ее сержант. – Мне кажется, вы не слишком хорошо знаете Лондон, и должен предупредить вас: отель «Польстен» пользуется дурной славой.
Она смотрела на другую сторону площади. Эллиот даже не был уверен, что она слышала его слова.
– У этого отеля плохая репутация, – повторил он чуть громче. – Это неподходящее место для такой молодой девушки.
Незнакомка посмотрела на сержанта своими удивительными глазами.
– Спасибо, – улыбнулась она. – Я не собираюсь там останавливаться. Всего хорошего, – и, повернувшись на каблуках, быстро исчезла за сеткой дождя.
Эллиот следил за девушкой, пока она не растворилась в темноте окончательно. Его раздирали противоречивые чувства, но в конце концов он пожал плечами и подумал, что выполнил свой долг, предупредив незнакомку.
Интересно, кто она и откуда приехала? «Польстен» был одним из тех отелей, где без всяких формальностей можно получить комнату на час. Полицейский покачал головой и вздохнул. Кто бы мог подумать, что такая девушка… Но, поскольку он работал в этом районе вот уже шестнадцать лет, и ему до смерти надоела эта работа, короткая встреча через несколько минут уже вылетела из его головы. Если обдумывать проблемы всех людей, спрашивающих дорогу, то тогда только этим и придется заниматься.
И Эллиот, почти не думая о красивой девушке, отправился под дождь делать свой одинокий ночной обход.
Джек Дейль, ночной портье отеля «Польстен», шурша страницами «Ивнинг-Стандарт», читал репортаж о футбольном матче, когда в холл вошла молодая девушка в белом плаще. Он поднял глаза и, недоумевая, уставился на нее. Что такой цаце здесь понадобилось? Эту малютку он видел впервые! Обнажив в улыбке испорченные зубы, Джек ожидал.
– Мистер Крантор у себя? – незнакомка в упор разглядывала портье зелеными глазами.
Дейль прямо-таки пожирал ее ответным взглядом.
– Да. Комната 26, второй этаж. Он ждет вас?
Девушка быстро пересекла холл и вспорхнула по ступенькам. У Джека перехватило дыхание: какие ножки! И что может понадобиться такой куколке от Крантора?
«Крантор, – подумал он. – Сказал бы я вам. Она с саквояжем… Неужели останется? Если она не выйдет через час, Крантора можно будет поздравить».
Золотоволосая незнакомка решительно прошла по коридору к двадцать шестой комнате и остановилась перед дверью. Внутри было тихо, и она, не снимая перчатки, постучала. Дверь открылась, и в проеме возник Крантор.
– Наконец-то, – сказал он, разглядывая девушку единственным глазом. – Я уже начал сомневаться, придете ли вы.
Она вошла вслед за ним в большую комнату. Настольная лампа под абажуром образовывала на столе, заваленном бумагами, световой круг. Остальная комната была погружена в темноту. Крантор и гостья не могли хорошо видеть друг друга.
– Отвратительная погода, – сказал Крантор. – Снимите плащ, я его повешу в ванной.
