Великое число сотрудников внимало ему. И так как слова преданного ментора шли от сердца, восемнадцать воплощённых спутников были сильно сконцентрированы на мысли, направленной на высшие и чистые цели. Как прекрасно было чувствовать их в этой особой вибрации. От каждого из них шли световые лучи, сильно отличавшиеся друг от друга интенсивностью и цветом. Эти лучи смешивались на расстоянии примерно в шестьдесят сантиметров от физических тел и устанавливали силовую цепь, довольно отличную от энергий нашей сферы. В некоторых точках цепь изливала жизненные элементы в виде чудесного фонтана, чьим основанием были человеческие сердца и разум, соединявшиеся в этом месте. Энергии воплощённых сочетались с мощными флюидами работников нашего плана, собравшихся в большом количестве и сформировавших ценный резерв манны для несчастных, которые были всё ещё слишком привязаны к физиологическим ощущениям.
Подобные ментальные силы — не иллюзии, как это может показаться для земных размышлений, менее просвещённых касательно нескончаемых резервов возможностей кроме самой грубой материи.
Я был погружён в созерцание новых значений своего ученичества, когда мой друг, закончив утешительную речь, предложил мне попробовать себя в медиумическом служении.
Выказывая решимость как можно лучше использовать своё время, он был весьма короток в приветствии.
— Мы не можем терять ни минуты, — сказал он.
И, указав на группу из шести сущностей, объявил:
— Они ждут здесь, наши авторитетные друзья.
— Они ждут общения? — попытался я догадаться.
Инструктор утверждающе кивнул и добавил:
— Но не все они достигают своей цели в один и тот же момент. Некоторые из них вынуждены ждать неделями, месяцами, если не годами…
— Я не думал, что эта работа настолько трудна, — удивлённый, заметил я.
— Вы сами увидите, — любезно ответил Александр.
И, направившись к молодому человеку, сидевшему в глубокой сосредоточенности, окружённый помощниками нашего плана, он стал подробно объяснять:
— Перед нами шесть случайных сущностей, которые хотят общения, но в этом собрании есть всего лишь один медиум, который в состоянии общаться. С этого момента мы вынуждены считать, что группа учеников и земных работников получит только то, что в коллективных интересах. У нас нет возможности для какой-либо специальной службы.
— Я полагал, что медиум — это супер-машина, — сказал я.
— Машина тоже тратит энергию, — заметил инструктор, — а перед нами очень деликатная машина.
Заметив моё удивление, Александр продолжил:
— В первую очередь мы должны признать, что в медиумическом служении моральный фактор является решающим. В этот момент медиуму, чтобы быть верным высшему мандату, нужны ясность и спокойствие, подобно кристальному зеркалу озера. С другой стороны, волны тревоги нарушили бы проекцию нашей духовности на земную материальность, словно водная рябь, которая искажает высшие образы небес и окружающей Природы.
Указывая на медиума, инструктор продолжил твёрдым голосом:
— Этот брат — не простой аппарат. Это Дух, который должен быть так же свободен, как и наш Дух, и которому, для того, чтобы предоставить себя к желаемому общению, нужно отречься от самого себя со смирением и самоотверженностью. Таковы самые первые факторы получения доступа к обмену в более возвышенных областях. Надо самому замолчать, чтобы другие могли говорить; надо отдавать самого себя, чтобы другие могли получать. В общем, он должен служить мостом, где встречаются различные интересы. Без этого сознательного понимания духа в служении он не смог бы быть внимательным к созидательным намерениям. Естественно, он отвечает за поддержание внутренних средств, как, например, толерантность, смирение, братское предрасположение, терпение и христианская любовь; тем не менее, нам надо сотрудничать по принципу снабжения его внешних стимулов. Потому что, если нашему спутнику нечего есть, или в нём нет хотя бы относительного покоя, если ему недостаёт помощи в приобретении самых простых вещей, мы не можем требовать от него сотрудничества, близкого к самопожертвованию. Следовательно, наша ответственность в деталях сопряжена с предстоящей работой.
Зарождая, таким образом, во мне идею, что медиум должен ждать, удовлетворённый, божественной компенсации, Александр добавил:
— Всё-таки, друг мой, будем считать, что мы оказались посреди незаконченной работы. Вопрос об оплате придёт позже…
В этот момент разговора он пригласил меня подойти к медиуму и, приложив свою правую руку ему ко лбу, воскликнул:
— Посмотрите. Перед нами обычный «психограф»[2]. До начала работы, которую он начинает в этот момент, наши помощники его уже подготовили, чтобы его физическое здоровье не было нарушено. Передача посланий будет происходить не простым «движением руки». Здесь довольно сложные внутренние процессы.