Миссис Брэникен [Миссис Бреникен] полностью

На столе лежала развернутая карта австралийских морей, та карта, перед которой столько раз в продолжение семи лет Долли вызывала воспоминания о Джоне. Она попросила капитана указать ей остров Браус, ту едва заметную точку, затерянную в морях, в которых свирепствуют тайфуны Индийского океана.

— И подумать, что несколько лет ранее, — добавил капитан Эллис, — быть может, удалось бы застать в живых Джона… и его товарищей!

— Да, может быть, — промолвил Уильям Эндру, — вот куда следовало направить «Долли Хоуп» в первую же экспедицию! Но кому могло прийти в голову, что «Франклин» погиб у какого-то острова в Индийском океане?

— Никому, — отвечал капитан Эллис, — судя по тому пути, которого должен был придерживаться «Франклин» и которого он действительно придерживался. Несомненно, что, потеряв возможность управлять судном, капитан увлечен был через Зондский пролив в Тиморское море, где и был выброшен у острова Браус.

— Да, все это именно так и происходило, — отвечал Зах Френ.

— Отыскивая «Франклин» в малайских морях, вы, конечно, поступали так, капитан Эллис, как обязаны были поступать, — сказала миссис Брэникен. — А между тем надо было прежде всего направиться к острову Браус! Да! Там следовало искать!

А затем, продолжая настойчиво отстаивать свою идею, она сказала:

— На «Франклине» находились Джон, Гарри Фельтон и двенадцать человек матросов. Вами найдены на острове останки четырех человек похороненных и пятого, умершего у сигнальной мачты. Каково ваше мнение о судьбе остальных?

— Нам это неизвестно, — отвечал капитан Эллис.

— Я знаю это, — сказала миссис Брэникен, — но спрашиваю вас тем не менее: каково ваше мнение о судьбе остальных?

— Быть может, они погибли во время крушения «Франклина».

— Таким образом, вы полагаете, что только пятерым удалось спастись после крушения?

— Заключение это, к несчастью, самое правдоподобное! — добавил Уильям Эндру.

— А я его не разделяю, — отвечала миссис Брэникен. — А почему Джон, Фельтон и все двенадцать матросов не могли бы, в свою очередь, благополучно добраться до острова Браус? И почему девятерым из них не могло удаться выбраться с острова?

— Но на чем же, миссис Брэникен? — с живостью спросил капитан Эллис.

— На лодке, сооруженной из обломков.

— Зах Френ, так же как и я лично, может засвидетельствовать вам, что предположение это явилось и у нас, но, судя по состоянию судовых обломков, это было совершенно неосуществимо, — возразил капитан Эллис.

— Ну, тогда на одной из судовых шлюпок.

— Допуская даже, что шлюпки «Франклина» остались целыми, считаю невозможным совершить на них переход к австралийскому берегу или Зондским островам.

— Да к тому же, — заметил Уильям Эндру, — зачем было оставаться пятерым на острове, когда остальным представлялась возможность покинуть его?

— К уже сказанному прибавлю, — сказал капитан Эллис, — что те, которые, имея в своем распоряжении шлюпку, пустились на ней в открытое море, несомненно, либо погибли в нем, либо сделались жертвой австралийских дикарей, потому что они нигде пока не появились.

Не выказывая ничем ни малейшей душевной слабости, миссис Брэникен вместо ответа обратилась к боцману со следующим вопросом:

— А вы, Зах Френ, разделяете во всем взгляды капитана Эллиса?

— Я полагаю, — отвечал Зах Френ, покачивая головой, — что, возможно, все и происходило таким образом, но возможно также, что было и иначе.

— А потому, — отвечала миссис Брэникен, — я того же мнения, что мы не располагаем данными, на основании которых могли бы прийти к неопровержимому заключению, что именно сталось с теми девятью людьми, останки которых не найдены были на острове. Что же касается вас, капитан Эллис, и всего экипажа, то вами было выполнено все, что может быть достигнуто при выдающемся самоотвержении.

— Я счастлив был бы достигнуть лучших результатов, миссис Брэникен!

— Нам пора разойтись, дорогая Долли, — сказал Уильям Эндру.

— Вы правы, друг мой, — отвечала миссис Брэникен, — мне необходимо остаться одной. Я буду счастлива снова говорить с капитаном Эллисом каждый раз, когда ему угодно будет навестить меня в Проспект-Хауз, о Джоне и его товарищах.

— Я всегда в вашем распоряжении, миссис Брэникен, — отвечал на это капитан.

— Не забывайте и вы, Зах Френ, что мой дом — ваш.

— Это мой дом? — переспросил боцман. — Но что станется тогда с «Долли Хоуп»?

— С «Долли Хоуп»? — повторила миссис Брэникен, как бы признавая этот вопрос лишним.

— Не полагаете ли вы, дорогая Долли, — заметил Уильям Эндру, — что, если представится случай продать судно…

— Продать «Долли Хоуп»! — воскликнула миссис Брэникен. — Продать его? Нет, Эндру, никогда.

Миссис Брэникен и Зах Френ обменялись взглядами и поняли друг друга.

С этого дня Долли повела уединенный образ жизни в Проспект-Хауз, куда перенесли по ее приказанию те предметы, которые были найдены на острове Браус: судовую лампу, кусок паруса, находившийся на сигнальной мачте, колокол с «Франклина» и другие.