– Да, – безучастно ответила она и мгновение спустя добавила: – Мне пора возвращаться.
Зашуршало шелковое платье, ни одна половица не скрипнула под ногой миссис Ингланд, и дверь в детскую тихо закрылась.
В половине третьего я спустилась за детьми. Ланч был закончен, но Саул сидел в столовой с мужчинами. Комната утопала в густых клубах сигарного дыма. Мальчик кашлял и без возражений согласился уйти со мной. На кухне что-то скоблили, раздавался звон посуды. Я пересекла холл и заглянула в гостиную. Там среди женщин оказалась Декка. Она сидела на подушке у ног кузины Энни или Энид. Имя я не очень запомнила, но точно знала, что старше ее на год или два. И тем не менее, когда я вошла, эта кузина позволила себе смерить меня взглядом!
– А мы-то гадали, куда вы подевались, – заметила пожилая миссис Грейтрекс.
Дочь сидела рядом с ней, а три невестки расположились чуть поодаль. Одна стояла у окна, вторая сидела за пианино, изучая ноты, а третья примостилась позади своих дочерей. Миссис Ингланд сидела без чашки, сцепив руки в замок на коленях. Я заметила на правой руке хозяйки полоску ситца, которую она прикрывала левой.
– Ребекка хотела бы остаться с нами, – заявила миссис Грейтрекс. – Не так ли, Ребекка?
Декка растерянно съежилась на подушке, словно лягушонок на листике кувшинки.
– Конечно, мэм, – сказала я. – А где мисс Милли?
– А разве это не ваша обязанность – знать, где дети?
– Играет с младшими, – вмешалась миссис Ингланд.
Хозяйка выглядела усталой и измученной. Казалось, она мечтала вновь остаться одной. Я с завистью подумала о спальне миссис Ингланд, служившей ей надежным убежищем, о том, как она долго в одиночестве принимает ванну.
– Благодарю вас, мэм. Я пойду за ней.
Мы с Саулом в поисках Милли заглядывали в комнаты первого этажа, и в коридоре нам навстречу попался Фрэнк Грейтрекс – младший из трех братьев. При взгляде на этого круглолицего весельчака сразу становилось ясно, что он любит проводить время с детьми. Фрэнк Грейтрекс взъерошил племяннику волосы.
– Дядя Фрэнк, покажи няне Мэй, как кричит фазан! – попросил Саул.
И мистер Грейтрекс издал удивительно похожие звуки, чем привел меня в полный восторг.
– А теперь покажи кроншнепа!
Дядя приставил руки ко рту, и послышался необычный печальный крик.
– А тетерева?
Мистер Грейтрекс смешно закудахтал, и я, прикрыв ладонью рот, засмеялась.
– Фрэнк! – раздался сзади чей-то строгий голос.
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Фрэнк быстро взглянул поверх меня и широко улыбнулся.
– Я развлекал детей, отец, – пояснил он.
– Для этого у них есть нянечка, – послышался ответ.
Меня возмутил пренебрежительный тон мистера Грейтрекса-старшего, хотя я понимала, что вряд ли он сказал так нарочно. Едва ли Конрад Грейтрекс понимал разницу между
– Пойдем, Саул, – наконец сказала я, взяв его за руку.
Мы двинулись дальше по коридору, а Фрэнк с извиняющейся улыбкой прошел в столовую, к остальным мужчинам. Мы с Саулом продолжили поиски снаружи дома, однако ни во дворе, ни среди окружавших особняк деревьев Милли не оказалось. С чувством нарастающей тревоги я спросила на кухне, не видел ли кто-нибудь Милли, но все только развели руками. Поскольку мы еще не искали на втором этаже, я проверила спальни и ванную, задыхаясь от паники.
– Может, они играют в прятки, – предположил Саул.
Бельевой шкаф был пуст, но тут до меня донесся смех из комнат, отведенных детям. Я не стала закрывать туда дверь, чтобы услышать Чарли. В первой же комнате я обнаружила Милли и двух ее двоюродных сестер, сидевших на полу возле моей кровати.
– Мисс Милли, я вас везде ищу! Вылезайте оттуда. Ну вот, вы разбудили Чарли. Чем вы там занимаетесь?
Милли покраснела, и я подошла к ней, желая увидеть, во что они играют. Мой чемодан был открыт, а вещи раскиданы по полу.
– Вы сказали, что не против, если я посмотрю ваши вещи! Вы сказали, что можно! – закричала Милли.
Шокированная ее поступком, вне себя от ярости, я хватала все, до чего могла дотянуться, и швыряла обратно в чемодан.
– А это кто? – Одна из противных кузин держала в руках фотокарточку. Мою фотокарточку! Они вскрыли жестяную коробку из-под чая и нашли то, что я держала в строжайшем секрете.
– Отдайте немедленно! Милли, марш в соседнюю комнату, остальные вниз! Живо!
Две старшие девочки медленно удалились, а Милли залилась слезами:
– Я не хотела смотреть, они меня заставили!
– Выйди, пожалуйста, в игровую. Саул, проводи сестру.
С торжествующей улыбкой он взял Милли за руку и вывел из спальни. Ее рыдания доносились из коридора. Я наконец осознала, что меня трясет. Фотографию помяли, а в углу появился липкий след от грязного пальца. Я потерла уголок снимка фартуком, глаза второй раз за день обожгли подступившие слезы. На лоскутном коврике валялась вырезка из газеты, письма от Элси… Увидев выведенное
За дверью раздался шум, и я крикнула, вытирая слезы рукавом:
– Уйди!
