— Я советую тебе остаться здесь и не выходить до утра. Если ты заявишься к нему, то жди серьёзных последствий, я не шучу. Однажды, Мария Александровна не знала о таком его состоянии и зашла спросить про ужин. Бедная немолодая женщина выслушала худшие ругательства в свой адрес и выбежала вся в слезах. А с тобой может быть хуже. Такое бывает раз в два месяца, а то и реже, но мы уже привыкли и не беспокоим его в такие моменты. На сколько мы знаем, в эти моменты происходит что-то ужасное для Владислава, и он становится обозлённым на весь мир. Правда, не знаю что именно.
— Это я и выясню, — проговорила я и направилась к двери.
— Нет, Лера, не ходи. Он в ужаснейшем состоянии. Он может сделать тебе больно.
— Не волнуйся, не сделает, — и в этом я уверенна.
Он не поднимет на меня руку. В этот момент я должна быть с ним и поддержать его. Если честно, то я немного боюсь. У меня есть доступ к его кабинету и в этом плюс. Открывать дверь я не решалась. Сначала прислушалась, но ничего не услышала, потом немного помялась и в итоге женщина-робот проговорила слова доступа. Моим глазам представилась картина: весь кабинет в разбросанных бумагах и осколках, около стола, облокотившись на него и тяжело дыша, стоит Влад, и сейчас он посмотрел на меня.
— Какого, мать его, чёрта ты вылезла из комнаты?
— Тише, тише, только не ругайся. — Я стала медленно подходить к нему. Но он резко выставил руки перед собой, что бы я не приближалась.
— Лера, уходи немедленно!
— Нет! Я не могу оставить тебя одного в таком состояниии! — я повысила тон, потому что у него был ещё громче.
— Я сказал: «Уйди»!
— А я сказала, что не уйду!
— Чего ты добиваешься?!
— Твоего спокойствия.
— Спокойствия? Ты хочешь, чтобы я стал спокоен?! Да на меня готовы направить дуло пистолетов сотни человек! И это не шутки! Как они вообще смеют? Я отказываюсь от этой чёртовой «должности», а они хотят меня уничтожить и тебя в том числе! Да вообще всю мою семью! Сегодня погибло трое моих людей! Лера, трое! Ты хоть представляешь, как вынести всё это? Нет? Вот я тоже. Они погибают из-за меня, понимаешь?! Они отдают свои жизни только для того, чтобы я, такой подонок, остался жив! Это всё нечестно. Я ненавижу свою «работу». Она настолько чёртствая и гнилая, что это невыносимо! Много моих людей погибало и раньше, но только сейчас я в полной мере осознал, что я творю! Я творю ужасные вещи! — Он не удержался и ударил кулаком в стеллаж с книгами, что все они повалились на пол. Я не шелохнулась. Сейчас я поняла в чём дело, и про какую должность он говорит.
— Я знаю про всё, и даже про то, что ты должен занять «должность» Константина. А так же я знаю, что ты врал мне, что ты занимался этой деятельностью, когда говорил мне, что занимаешься легальным бизнесом, — я ослабила тон на более спокойный.
— Не отрицаю, что лгал, и прошу за это меня простить. Но я отказался от места Константина, на что они решили заставить меня силой или прикончить. Оттуда так просто не выйти. Даже скажу, что это один шанс на миллион. — Он также ослабил тон. Я же говорила, что ему необходимо выговориться, чтобы ослабить свои терзания, а за ними и агрессию. Я действительно начала бояться, только не Влада, а за него. То, о чём он сейчас говорит действительно серьёзно. Если он показывает свои эмоции — значит, что он не может их сдерживать, и всё очень серьёзно и опасно. Обычно Влад очень сдержан, и не показывает своих эмоций.
— Я уже давно тебя простила. Более того я хочу помочь во всём разобраться, вместе мы всё преодолеем. Не держи всё в себе, у тебя есть я.
— Ну уж нет, разбираться буду я. Это очень опасно, поэтому я не допущу тебя к своим делам. Никогда, — твёрдо проговорил он.
— А тебя и никто спрашивать не будет. Как хочешь, но я всегда и везде буду с тобой, и ты не будешь разбираться со всем один. Ясно? — вот бы мои попытки не были обречены на провал.
— Ты ведь не отстанешь, верно? — Я кивнула головой в знак согласия. Несколько секунд царила тишина. — Я люблю тебя, — сказал он и приблизился ко мне вплотную, вжав меня в стену.
— Я люблю тебя, — проговорила я, зная что он не любит, когда я говорю «тоже люблю».
Наши губы слились в нежном поцелуе. Никакого намёка на страсть, как это было в последнее время. Жаль, что эта нежность при таких обстоятельствах. Вдруг нас прервал звонок моего мобильно. Звонит мама Влада.
— Здравствуйте, — ответила я, стоя рядом с Владом, который прожигал меня взглядом.
— Лера, Лерочка, милая, ты с Владом? — в голосе слышались только обеспокоенные нотки, будто случилось что-то нехорошее.
— Да, он со мной рядом.
— Дай ему трубку!
— Да. Уже еду, — сказал Влад, отключил телефон и сунул мне его.
— Что случилось? — спросила я.
— Я еду к матери. В Николая стреляли, он ранен, — говорил Влад, вылетая из кабинета.
— О, Господи! Я с тобой!
— Нет, — Он резко развернулся. — Ты останешься дома. Лера, это не безопасно. Прошу тебя, послушайся меня сейчас.
— Я же сказала, что всегда буду с тобой.
— Но не сейчас. Останься дома, пожалуйста, и мне будет несколько спокойней.
