Мистер Деньги. Флойд Мейвезер полностью

– Мне всего лишь надо пару настроечных боев, и я буду готов к встрече с Диего, – сказал Мейвезер. – Мне просто нужно побольше боксировать, чтобы быть острее в схватке.

Однако даже тогда имелись препятствия, мешающие проведению матча. И среди них, не в последнюю очередь – отсутствие у Флойда активности. У Корралеса были осложнения юридического характера. Его обвинили в жестоком избиении в июле беременной жены, и слушание дела в суде было назначено на октябрь. Его менеджер Барретт Силвер заявил:

– Мы к этому не относимся легкомысленно. Это серьезная ситуация. Но надо продолжать жить, а это означает, что надо планировать боксерское будущее Чико. Мы приложим все усилия для того, чтобы обеспечить проведение этой схватки с Флойдом.

НВО отозвал свое внушительное предложение на 12 млн долларов. Дибелла пояснил, что не было смысла оставлять его в силе после спорного заявления Флойда.

Но у Флойда имелся рычаг. Он знал, что люди хотели увидеть, как он будет драться с Корралесом. Возможно, он также знал, что люди заплатят хорошие деньги за то, чтобы увидеть, как долговязый, но взрывной панчер вырубит его на следующей неделе или, по крайней мере, опустит его с небес на землю с основательной шишкой. Вместо этого он подписал контракт на три боя на общую сумму в 2,25 миллиона долларов с демонстрацией в телешоу НВО под названием «КО Nation». Этот сериал из боев был ориентирован на молодых поклонников бокса.

Флойд должен был драться с Эмануэлем Бёртоном (теперь известным как Эмануэль Огастес), хитрым, умело защищающимся и временами эксцентричным бойцом с атакующим нравом. Они должны были сразиться в Кобо-холле Детройта (теперь известен как Кобо-центр)[54] спустя восемь месяцев после поединка Флойда с Варгасом, и Мейвезеру полагалось за бой 250 тысяч долларов. Журнал «КО» пропечатал, что Мейвезер «зарядился на миссию спасения, пытаясь реанимировать интерес к его стагнирующей карьере».

– Флойд делает шаг назад, чтобы иметь возможность сделать потом два шага вперед, – сказал новый шеф редакции бокса телеканала НВО Кери Дэвис, который, похоже, оценил убежденность Флойда в том, что он стоит дороже 12 миллионов долларов, от которых он отказался.

– Тот комментарий, что был дан, это все в прошлом, – сказал Мейвезер. – Все отлично в отношениях между мною и НВО.

– После этого боя я намерен в самое ближайшее время драться опять, – добавил Флойд перед тем, что можно было назвать поединком, знаменующим возвращение в возрасте всего лишь 23 лет. – Я просто рад вновь сражаться. Я просто хочу оставаться задействованным. Я отношусь ко всему, что было, так: я отказался от денег и стал злодеем. Этот парень, Диего Корралес, вроде бы лупит по ребрам свою беременную жену, а плохой парень, получается, – я. Единственное, чего я с нетерпением жду, – это победы. Либо люди придут посмотреть, как я побеждаю, либо они придут просто посмотреть, как я терплю поражение. Главное в том, что они платят за то, чтобы увидеть меня. Я знаю, в течение этих семи месяцев обо мне наговорили массу всего. Люди продолжают обсуждать, что происходит между мною и моим отцом. Все это в прошлом. Я не люблю россказней обо мне. Я даю людям быстрые и короткие ответы, но каким-то образом их передергивают. Все мое внимание сейчас сконцентрировано на поединках и на том, чтобы сохранять позитивный настрой.

Спортивный журналист, специализирующийся на боксе, Дэн Рафаэль, работавший тогда в газете «USA Today», говорил, что Мейвезер быстро поднялся, постоянно сталкиваясь с жесткой конкуренцией. Но признавал, что его «как бы забыли», в то время как Корралес, Фрейтас и кубинец Хоэль Касамайор имели в его отсутствие больше эфирного времени.

Неудивительно, что Флойда-старшего отсекли от всей команды накануне схватки с лагерем Бёртона. На место Флойда-старшего пришел его брат Роджер, чтобы направлять своего племянника как на ринге, так и за его пределами, делая тем самым разрыв между двумя Флойдами центральной частью головоломки, которая становилась все более уродливой.

Автор публикаций в «Boxing Monthly», чье имя занесено в Международный зал боксерской славы, Грэм Хьюстон, проанализировал этот разрыв:

– Индустрия бокса охладела к бойцу, который воспринимается широкими кругами как человек, проявивший отсутствие лояльности к отцу, и чье отношение в целом расценивается как отталкивающее высокомерие.

Другой автор заявил:

– Мейвезер теряет друзей быстрее, чем школьная разносчица сплетен.

В статье, опубликованной в «World Boxing», Арум заявил, что с Флойдом «невозможно иметь дело» и что «у него явно немного друзей среди фанатов бокса, поскольку его бои продаются так же плохо, как флаги Конфедерации[55] – в Гарлеме».

Флойд-старший не выносил Принса, не понимал он и его роли в карьере сына. Он считал, что малыш Флойд делает дорогостоящую ошибку, и приводил в пример собственный плачевный опыт с торговлей наркотиками. «Я навалял ошибок достаточно для нас обоих», – говаривал он.