Вечеринка в честь дня рождения одноклассницы стала решающим этапом моей дальнейшей жизни. Антон не проявлял ко мне вообще никакого интереса до того дня, удивительно, даже сейчас вспоминая это моя кожа покрывается мурашками, и я готова заплакать. Все начиналось, как и всегда, небольшая, но шумная и знакомая компания, алкоголь и громкая музыка, танцы и пьяные разговоры не о чем. А потом… а потом настоящий ад. Я всего лишь хотела умыться, в квартире к ночи стало невероятно душно, мне было просто необходимо освежиться, правда до ванны я так и не дошла. Этот человек решил развлечься, ему было скучно, а литры алкоголя, влитого в него, требовали выхода энергии. Он сказал, что я сама виновата, что слишком красивая, слишком сексуальная, слишком откровенна, тогда я впервые ощутила физическую боль, синяки на моем теле не сходили несколько недель. Моя одежда валялась разорванная на полу, я кричала, я вырывалась, но громкая музыка все заглушала, а может кто-то и слышал, но предпочёл не искать проблем. В последний момент его остановили мои слезы, я рыдала навзрыд. Он оставил меня, но предупредил, что у меня есть лишь несколько минут уйти и если я не успею, то он продолжит. Я никогда не забуду эту довольную улыбку. Тогда отец, как и всегда, был в командировке, Оля и сестры спали, я тихо пробралась в ванную и закрывая рот руками продолжала рыдать. Тогда я поняла, что не хочу больше чувствовать эту боль, лучше спрятаться, стать тенью. Так было до встречи с Вильямом, этот человек внушил мне уверенность, показал, что я не беззащитна, что я могу постоять за себя. Об этом случае не знает никто и я думала, что не узнает. Я скрывала синяки под свободной одеждой, неделю не решалась выйти из дома списывая свое странное состояние на плохое самочувствие. Хотя, всем было плевать, я никого тогда не волновала. Антон больше не подходил ко мне, хотя каждый раз, когда смотрел, улыбался. Спустя три года мы встретились вновь, случайно столкнулись на остановке, стоило увидеть его, как воспоминая ожили, я не могла справится с ними сама, я задыхалась, у меня все чаще случались приступы паники, именно тогда в моей жизни появился он, появился Мистер Катастрофа, он стал тем, кому я могла рассказать душевную боль, хоть и не упоминая от чего она. Так странно, у него появилась любимая и мне все равно, мой взгляд остановился на Вильяме, кажется я сама влюбилась.
Телефон Вила противно зажужжал на прикроватной тумбочке, я в несколько шагов преодолела расстояние и выключила звук. Не хочу, чтобы он проснулся. На телефоне светилось имя абонента: «Ma*». Я взяла телефон и вернулась на кресло. Почему-то вспомнилась его фраза, он разрешил смотреть его телефон если он сможет посмотреть мой, это мило. И чего я улыбаюсь? Бр-р, я дернула головой. На его телефоне более сорока уведомлении, сильно, но меня это не касается, я заблокировала его и положила рядом. Абонент «Ма*» не унимался, уже пять пропущенных, будет ли правильно ответит? А если что-то важное? Может лучше разбудить его? Я подошла к постели и слегка притронулась к его лбу, горячий. Снова входящий. Ладно, была не была.
− Вильям Уайт, что б тебя! Почему я не могу дозвониться?!
− Добрый вечер! − я говорила как можно тише, прикрывая дверь в его комнату. − Простите, но Виляьм сейчас не может ответить, вам будет удобно если он перезвонит позже?
− Кто вы и почему у вас телефон моего сына? − я потеряла дар речи, это его мама? Ну, конечно, «Ма*», можно было догадаться. Боги, как же не ловко! − Девушка? − идеальная речь, никакого акцента.
− Простите. − я расстерялась, кем я должна представиться?! − Я Александра, одногруппница вашего сына. У Вильяма поднялась температура, он уснул, я не стала будить его. − просто представляю, как для нее это все сейчас прозвучало.
− Температура? Какая? Вы вызвали врача? − Саша, соберись.
− Сейчас чуть больше 38, врач поставил укол и выписал лекарства. Вильям отказался от госпитализации. Я купила все необходимое, не переживайте. − ага, кому я это говорю, молодец, Саша, сказать маме не переживать.
− Александра, значит, хорошо. Я хотела сделать ему сюрприз, но забыла адрес. Будьте добры напомнить.
Что? Его мама хочет приехать сюда? Сейчас? Меня охватывала паника.
− Подвойского, 15, кв. 1112. − дрожь в моем голосе не скрыть.
− Точно. Вильям всегда тяжело переносил любую болезнь, спасибо, что вы рядом с ним. Самолет сядет через двадцать минут, надеюсь застать вас в квартире, Александра. И познакомиться поближе! − у нее слишком строгий голос, кажется Вильям пошел не только в отца.
