— Не беспокойтесь, Маргарет, я скоро их принесу, — сказал я, повесил трубку и пошел в спальню, с сожалением думая, что звонок прервал эксперимент Катрионы, как раз когда мой аппарат достиг нужного состояния, а теперь ей придется начинать все сначала. В книгу по крайней мере можно положить закладку, чтобы начать читать с того места, где закончил, но мой бедный орган был похож на кончик кожаной закладки, вяло свисавший из тома с золотым обрезом в стопке сложенных в углу таких же нетронутых фолиантов, которые мне уже никогда больше не понадобятся. Но поскольку это письмо в отличие от эксперимента Катрионы можно дописать до конца одним лишь усилием воли, я, пожалуй, оставлю эту тему и обращусь к тому дню, на который была назначена встреча с моим анонимным корреспондентом.
Катриона в конце концов решила ехать вместе со мной на машине, хотя почему-то нашла нужным повязать волосы косынкой и надеть темные очки — а день был пасмурный и теплый, и ни в чем этом не было нужды. Она была похожа скорей на русскую балерину с плохим зрением, чем на молодую исследовательницу науки жизни, которая так ловко умела орудовать перочинным ножичком. Приехав по адресу, мы увидели приятный коттедж, перед которым был только что подстриженный газон. Я очень люблю, когда около дома есть хорошо ухоженный газон, и, наверное, поэтому живу в доме, у которого вовсе нет газона. Как вы думаете, миссис Б. или Катриона согласились бы вдобавок ко всему еще заботиться о газоне? Дверь отворила Луиза. Ее почему-то смутило мое медленное продвижение по дорожке вслед за Катрионой, которая, обогнав меня, нажала звонок. С чего бы Луизе возражать против визита пожилого джентльмена с тростью? И хотя в тот момент я этого не заметил, Катриона позже сказала мне, что Луиза явно беременна — хотя срок еще небольшой. Увидев это, она, по ее словам, хотела тут же повернуться и уйти; и именно по этой причине, когда Луиза оставила нас с ней на диване в гостиной, Катриона потребовала с меня еще пятьдесят фунтов. Как раз когда я передавал ей эти деньги десятифунтовыми банкнотами, вошла Луиза с двумя бокалами виски, которое мы, наверное, у нее попросили или, во всяком случае, согласились выпить. Тут я почувствовал, что наши хозяева собираются провести вечер согласно своему собственному плану, а мне остается лишь плыть по течению.
— Я не пью, — сказала Луиза, — сами понимаете… — И она сделала жест, который я тогда принял за намек на ее полноту. Я высказал полное одобрение, поскольку алкоголь, хотя это и не всем известно, содержит большое количество калорий; я узнал об этом из увлекательного «сайта», принадлежащего обществу любителей пива.
Затем пришел сам корреспондент, пожал нам руки и сказал:
— Зовите меня просто Джон. Хотя это, конечно, не мое настоящее имя.
— Меня зовут Сэнди, — сказала Катриона.
— А меня Луиза, — к моему облегчению, сказала Луиза — по крайней мере она назвала себя тем же именем, под которым мы ее знали.
— Честно говоря, я удивлен, — сказал Джон, глядя на меня. — По-моему, нам еще не встречался единомышленник такого… преклонного возраста. Правда, Луиза?
Луиза покачала головой. «Почему бы человеку моих лет не интересоваться философией восемнадцатого века?» — недоуменно подумал я.
— Мне страшно понравились твои картинки, Сэнди, — продолжал Джон. — И Луизе тоже.
Мне показалось, что Луиза не испытывала особенного восторга. Она сидела в кресле, разглядывая свою располневшую фигуру, и, видимо, думала, что фотографии не так уж мне удались, что я, наверное, ошибся с диафрагмой.
Затем Джон, взяв бокал с виски — значит, он предназначался вовсе не мне, — встал на колени перед Катрионой, положил руку ей на колено и сказал:
— Ты очень красивая женщина, Сэнди. Расскажи мне о себе.
Катриона/Сэнди (к этому времени я и сам стал путаться в ее именах) не спешила отвечать, и я решил ей помочь:
— Она учится в университете. Прекрасно управляется с пылесосом и готовит замечательный куриный суп с луком. У нее он получается даже лучше, чем у миссис Б.
— Миссис Б.? — с интересом переспросил Джон, отхлебывая из бокала. — Мы с ней тоже познакомимся?
— Да нет, на это очень мало шансов, — сказал я. — По правде говоря, она ушла от меня из-за вас, Луиза.
Я тут же пожалел о своих словах, потому что Луиза и так была недовольна моими фотографиями и моим замечанием о калориях, и ее упорное созерцание своего выпуклого живота, который я уже и сам заметил, подтверждало мое подозрение, что она предпочла бы, чтобы нас здесь не было.
— Что ж, — сказал Джон, — почему бы нам не познакомиться поближе?
Его рука, которую он так и не убрал с колена Катрионы, поползла выше.
Катриона решительно остановила ее, что, кажется, позабавило Джона, и сказала ему:
— Почему бы вам не рассказать что-нибудь о себе, Джон?
— Обо мне? Я консультант по программному обеспечению.
Я посмотрел на него с благоговейным почтением и после приличествующей случаю паузы сказал:
— Меня особенно интересует HTML метатэги на вашем сайте. Розье, Ферран, Минар…
Джон пожал плечами.
