Мистер Неправильный Номер (ЛП) полностью

Когда «Стелла» начала меня утомлять, я решила принять душ, вымыть прокуренные волосы, и лечь спать. Я порылась в сумке в поисках одежды, а потом вспомнила, ах да, пожар. Все, что у меня было, это одежда, которая лежала на дне моего шкафчика в спортзале, и несколько случайных несоответствующих друг другу вещей, которые упали на пол моего заднего сиденья во время многочисленных дней стирки. Я нашла пижамный топ с печенье-монстром, но обнаружила, что у меня нет ни одного низа: ни пижамных штанов, ни джинсов, ни шорт. Теперь у меня были только вонючие спортивные шорты, прикрывавшие мою задницу.

Означало ли отсутствие штанов то, что она на самом дне?

Слава Богу, у меня было чистое нижнее белье. У меня была одна пара неоново-желтых шорт для мальчиков с надписью сзади «Ешь богатых», и их присутствие в моей жизни заставляло меня свисать с балкона, который парил прямо над «дном». Я приняла тридцатиминутный душ, пьяная и без ума от насадки для душа «проливной дождь» и дорого кондиционера соседа Джека. Я случайно уронила скользкую пластиковую бутылку, из-за чего крышка помпы оторвалась, и большая часть роскошного кондиционера растеклась по всему полу душа. Я опустилась на колени и зачерпнула столько, сколько смогла обратно в бутылку, осторожно поставив ее на полку в душе и надеясь, что никто не заметит.

Спойлер: они все всегда замечали.

Но два часа спустя я все еще бодрствовала, лежа на полу кабинета брата на его старом скрипучем надувном матрасе, глядя в потолок опухшими глазами и снова и снова прокручивая в памяти все те ужасные вещи, которые произошли до того, как я сбежала в Чикаго.

Увольнение. Обман. Расставание. Пожар.

И тогда я сказала: «Черт. Это.»

Я встала, пошла на эту блестящую кухню, вскрыла бутылку текилы, на которой было улыбающееся усатое солнце, и приготовила себе самый большой в мире ночной пунш. У меня может будет болеть голова утром, но, по крайней мере, я высплюсь.

— Ливви, это мама. Я думала, что ты приедешь сегодня.

Я открыла глаза, ну, открывался только одни, и посмотрела на телефон, с которого на меня кричала мама. Восемь тридцать? Она ожидала, что я появлюсь у них дома на рассвете? Боже, эта женщина была похожа на какого-то серийного убийцы-садиста, пытающего собаку или что-то в этом роде.

Почему я снова ответила?

— Я уже. Я имею ввиду, я вот. Мой будильник как раз собирался звонить.

— Ну, я думала, ты сегодня будешь искать себе работу.

Адель снова начала орать по квартире, какого черта, и я закричала:

— Алекса, выключи музыку!

Мама спросила:

— С кем это ты там разговариваешь?

— Ни с кем. — Музыка все еще гремела. — Алекса, выключи Адель!

— У тебя есть друзья?

— Боже мой. Нет. — Мой второй глаз наконец открылся, и я села, мой лоб сжался от сильной боли, когда музыка резко оборвалась. — Я разговаривала со стереосистемой Джека.

Она вздохнула одним из своих вздохов «почему-моя-дочь-такая-сумасшедшая».

— Так ты значит, не ищешь работу?

Кто-нибудь, пожалуйста, убейте меня.

Я сказала злым, с пересохшим горлом, голосом:

— Да. Интернет позволяет начинать в полдень, клянусь, ма.

— Я даже не знаю, о чем ты говоришь Ты придешь или нет?

Я глубоко вдохнула через нос и вспомнила о своих проблемах с гардеробом. Пока я пыталась решить одну проблему, удача окончательно покинула меня. Поэтому я сказала:

— Нет. Позже. Работа является моим приоритетом номер один, поэтому я начну после того, как установлю несколько приложений.

А также после того, как я найду пару штанов.

— Твой брат там?

— Я понятия не имею.

— Как ты можешь не знать, есть ли он?

— Потому что я все еще в постели, а дверь закрыта.

— Почему ты спишь с закрытой дверью? В этой запасной комнате душно, если не открыть дверь.

— О. Мой. Бог. — Я вздохнула и потерла свои виски. — Я через минуту встану с кровати и если увижу твоего разнополого со мной отпрыска, то скажу ему, чтобы он позвонил тебе. Хорошо?

— О, мне не нужно чтобы он мне звонил. Я мне просто интересно, есть ли он там.

— Мне надо идти.

— Ты уже положила деньги на депозит?

Я сжала губы и закрыла глаза. Оставь это моей матери. Единственное, что в двадцать пять лет было хуже, чем просить денег у родителей, потому что ты въехала в город вся в дыму и буквально не имела ни гроша за душой, это иметь маму, которая хотела поговорить об этом. Я сказал:

— Да, я сделала это онлайн прошлой ночью.

Как будто у меня был другой выбор, кроме как внести этот унизительный родительский вклад как можно быстрее.

Потому что после того, как дым рассеялся (буквально) и стало очевидно, что моего дома больше нет, мне пришлось потратить те небольшие деньги, которые у меня были, на предметы для выживания, такие как замена масла, новые шины и много бензина, чтобы добраться домой в Омаху.

Слава богу, на следующей неделе мне придет последняя зарплата.

Мама спросила:

— Ты сделал это на компьютере?

Я стиснула зубы.

— Да.