Обучение на права проходит очень легко. Мой инструктор говорит, что мне даже можно не ездить на практику, так как очень хорошо вожу. Гены.
А так все идет своим чередом.
С уважением, твой брат Миша»
ГЛАВА 12
ЗАЕЗЖЕННАЯ ПЛАСТИНКА.
Грустная гитарная мелодия. Вы уже узнали песню, и она насколько вам надоела … но всё равно нравится. Приятный мужской голос начинает петь. И хоть поет он на иностранном языке, вы подпеваете ему.
«Естедэээй ол май траблл синт со фаа эвэээй» и так далее…
Поздний вечер. С неба льёт дождь. Представьте, что вы видите каплю воды, летящею вниз. И с каждой секундой падения меняется фон на заднем плане, от панорамы спящего города до крыши старенькой белой Тойоты, стоящей во дворе многоэтажного дома. Именно об капот этой машины капля разбивается на ещё более мелкие капли.
Вася сидит за рулем, курит в приоткрытое окно и пьёт из термоса кофе.
Антон ставит стакан с кофе на кухонный стол. Над ним чуть мигает тусклый свет. Он хочет сделать это убийство жестоким, чтобы все услышали. Но кроме той мысли Толстяка о ссоре двух водителей на дороге, в голову ничего не идет. Он берет стакан, глотает уже остывший кофе, морщится и всеми мыслями устремляется в листы бумаги, лежащие на столе, но там лишь бессвязная информация об Александре. Он резко одним движением руки сбрасывает листы со стола на пол.
Аня лежит в кровати. Капельки дождя стучатся в стекла, а ей вспоминается дом. Она представляет, как будет знакомить Антона с родителями и как будет счастлива. Но отчего – то ей очень грустно. Она встаёт с кровати, идёт на кухню. Видит там, как Антон, уткнувшись в ладони, сидит за пустым столом, а на полу валяются листы бумаги. Она подходит, трогает его холодный бокал с кофе, нажимает на кнопку чайника, присаживается на корточки и начинает собирать листы.
Снова белая машина. Вася выкидывает окурок из окна, поднимает стекло, ежится от холода, заводит двигатель и включает печь на полную мощь. Берет крышку с кофе и смотрит в окно.
Капли дождя медленно спускаются по стеклу.
Больничная палата. Светло. На кровати лежит Толстяк. Он весь в каких-то трубках. Но в сознание. Он смотрит в потолок, а в голове вертятся слова врача: Вам повезло, что у вас такой друг!
Толстяк закрывает глаза. Сомнение в правильности решения овладевает им.
«Может быть и не стоило заказывать друга?»
Эта мысль притягивает за собой образ. Толстяк видит лицо, улыбающегося Александра, и резко открывает глаза.
Больничный коридор не совсем пуст. Люди сидят на скамейках и перешёптываются о чем-то о своем. Александр сидит в углу. К нему подходит врач, маленький мужичок с бородой и в белом халате. Александр поднимает глаза, видит его и встаёт.
Музыка прекращается.
– Всё обошлось – говорит врач – у него был инфаркт, сейчас состояние стабильное. Но ему нужно срочно бросить курить, пить и…
– Он не пьёт – перебивает его Александр.
– Это уже хорошо. И вес. Нужно сбросить вес. Я думаю, вы сможете это проконтролировать.
– Конечно. Были бы все врачи как вы, болезней бы не было.
Александр протягивает руку врачу, тот пожимает её.
И этим можно закончить главу. Но у Александра звонит телефон. Он ещё раз благодарит доктора, отворачивается от него и берет трубку.
– Ты когда заберешь детей? – истерично вопит раздраженный женский голос.
– Завтра! – кричит Александр, и тут же на него обрушивается критика сидящих в коридоре людей. Он смотрит по сторонам, жестом извиняется и тихо продолжает говорить в трубку – Завтра после трёх.
И это слова «Завтра» каким-то необычным способом долетает до ушей Толстяка. Он поднимает голову вверх. Видит закрытую дверь и понимает, что Саня является его единственным близким человеком. Сомнения с новой силой обрушиваются на него, но он ничего не сможет сделать сейчас. Безысходность. Он кладет голову на подушку.
«Естедэээй ол май траблл синт со фаа эвэээй».
Окно с каплями дождя. Сквозь него видно, как из больницы выходит Александр.
ГЛАВА 13
ТО, ЧЕГО МЫ НЕ ЗНАЛИ.
Туманное раннее утро. Обычно в это время она ложилась спать, а теперь она выходила из автобуса.
Над асфальтом висели дымки тумана, было прохладно и по-осеннему мерзко.
Анна прошла автобусную остановку и остановилась. Холод пронзал её тонкие джинсы, обжигая ноги, руки коченели, а на щеках появился румянец мороза. Где-то здесь должен стоять коричневый Ниссан. Но машины не было. Она развернулась, прошлась до остановки и снова вернулась. Несколько минут она подряд повторяла столь незатейливый маршрут, чтобы согреться и остановилась только тогда, когда к тротуару подъехала та самая машина.
Из автомобиля вышел худой парень и осмотрелся. Анна махнула ему рукой и подошла.
– Вы Алексей? – спросила она.
– Да, а вы Анна?
Она махнула ему головой и мило улыбнулась. Он протянул ей руку.
– Рад познакомится! Вот это та самая замечательная машина.
С первого взгляда машина была даже очень хороша. Но опытный мужской взгляд сразу бы приметил; меленькое несоответствие окраски некоторых элементов, небольшую ржавчину на порогах, разные ручки открывания дверей, что уж говорить о доживающем моторе, куда она даже не хотела смотреть.
