– Конечно понимаю… Только вот бизнес вы можете ещё один сделать, а жизни второй не будет.
Врач вышел из палаты.
Толстяк встал с кровати, взял с тумбочки мобильный телефон. И тут же выбрал в записной книге имя своего друга.
«Но как это всё ему объяснить?»
Сомнение, страх, нерешительность, оправдание – все эти чувства давили на него, он не мог прийти к окончательному решению, всё передумывал и пересчитывал; то так ему не нравилось, то эдак. И, в конце концов, он решил в первый раз в жизни довериться судьбе.
«Если Вася убьёт их раньше, чем они Саню – значит другу повезло»
Толстяк сдвинул джойстик телефона чуть вниз и набрал Васю.
– Алло – услышал он в трубке.
– Как там дела?
– Оба с утра в разное время ушли.
«Будь, что будет» – пролетело в голове Толстяка, а вслух он сказал:
– Вернуться, приступай.
Толстяк положил телефон на тумбочку и посмотрел в окно.
«Это жизнь, это будет интересно».
Черный джип въехал в город.
В машине звучала детская песенка про цыпленка. Александр думал, что его дети до сих пор слушают такие песни. Изредка он поглядывал на них, а они молча смотрели в окно.
– А я вам уже рассказывал, как мы с вашей мамой познакомились?
– Да! – ответил Вовка – Тыщу раз.
– Пап, а мама нас вспомнит? – вдруг спросила Настя.
Александр хотел ответить словами врача, но это же дети.
– Конечно помнит. Вот вчера про вас спрашивала.
– А может мы ей купим… цветы например. Она будет рада.
Настя тут же крикнула в поддержку идеи своего брата, и Александру пришлось согласиться.
Черный джип остановился на красный сигнал светофора на перекрестке двух полосной дороги. В другом случае он нажал бы на газ и проскочил, но с ним были дети – ответственность.
Слева висела табличка со стрелками.
Стрелка прямо – город.
Стрелка влево – аэропорт.
Стрелка вправо – п. Шоссейный.
Александр обернулся к детям.
– Есть отличная идея. Может заедем съедим по бургеру?
– Пап, смотри вон тот урод нам дорогу перегородил – крикнул Вовка, показывая пальцем вперёд.
– Эй, не выражайся! Сестра же рядом.
Впереди джипа, поперек дороги стоял коричневый Ниссан. Александр сощурил глаза, он не мог разглядеть сквозь темные стекла водителя.
Загорелся зеленый сигнал светофора. Послышались гудки машин, некоторые стали объезжать образованное препятствие слева и справа, громко в окно матеря водителя Ниссана. Но Александру деваться было некуда, его джип стоял слишком близко к перегородившей дорогу машине, он просто нажал на гудок. Медленно опустилось боковое стекло Ниссана, и водитель повернул голову, посмотрев на Александра.
И тут только он его узнал. Тяжелый прямой взгляд, сжатые губы.
«Это же тот придурок, водитель Француженки!» …
Антон на перекрестке свернул налево в сторону аэропорта, развернулся и остановил машину на обочине.
С одной стороны его план был очень глупым. Он надеялся на светофор. Но если светофор будет красным, и Александр в него попадёт, то Антон перекроет движение, выйдет из машины и расстреляет его.
Очень жестоко, на глазах стольких людей.
Ну а если зеленый?
Тогда он выстрелит в другом месте.
Антон положил пистолет на левое пассажирское сиденье, на голову одел кепку, она хоть немного скрывает лицо. Хотя это всё ерунда. Свидетели убийств из огнестрельного оружия обычно молчат.
Он чуть повернул голову и стал смотреть вправо, сквозь металлические разделительные дорожные сооружения.
ПИСЬМО ДЕСЯТОЕ.
«Здорово брат.
Перехожу сразу к новостям. Ехал с института в электричке, ко мне подошли двое. Типичный вопрос: Есть закурить? окончился для меня печально. Они вывели меня из вагона, там в тамбуре ударили несколько раз в живот, а потом тот, что пониже – он всё время говорил в нос – ударил меня ножом в плечо и просил передать бати привет.
Ранение оказалось несерьезное, я так думаю хотели попугать. Но батя дал мне свой нож – бабочку для защиты. Сказал, что лучше отсидеть годков пять в тюрьме, чем навсегда ложиться в землю. Через неделю к нам в окно залетела граната. Мы все как увидели, тут же бросились бежать, а батя подошел к ней и сказал, что это просто муляж.
Дня через два снова приходили покупатели. Батя не стал их слушать. Оттолкнул, вышел на улицу и прострелил им из ружья колеса. Тут же прибежал участковый, составили протокол и на этом разошлись.
Но потом когда я забирал возле школы Аленку, увидел того самого, который говорил в нос. Не знаю, что со мной случилось тогда, может злоба проснулась, а может повлиял тот факт, что он мне махнул. Но как говорят, ярость заслонила мне глаза, я вышел из машины, подошел к нему и со всей силы воткнул батин нож ему в живот. Он заорал, к нему подбежал второй. Его я тоже узнал. Он меня оттолкнул со словами: Ты попал! Схватил того и поволок. Позже я конечно понял, что поступил очень глупо и мог сесть в тюрьму. Каждый вечер я ждал полиции, думал придут, а никто не приходил.
Вот такие события.
Пиши, твой брат Миша»
Черный джип Александра подъезжал к перекрёстку.
Антон встал на дорогу. Для него красный, для Александра – зеленый.
«Только бы не успел!»
Красный заморгал, к нему добавился желтый, а потом зеленый. Джип Александра встал самым первым, хотя мог бы проскочить.
