Орфей, похоже, также был включен в число исполнителей великим кинорежиссером Аполлонием Родосским. Его конкурент, Ферекид, настаивал на том, что Орфей в плавании «Арго» участия не принимал. Диодор Сицилийский, большой сторонник женского равноправия, полагал, что в команду аргонавтов входила «быстрая в беге» охотница Аталанта. Аполлоний специально указывает, что Тесей (тоже исключительно популярная «кинозвезда») в то время находился в Аиде и был занят другими делами (по другому, так сказать, контракту). Тем не менее Статий (работавший, видимо, на другой киностудии) позже все-таки сделал Тесея одним из аргонавтов. X. У. Парк отмечает, что участие жрецов Аполлона в плавании «Арго» — это, по всей видимости, следствие пропагандистских усилий последних (Дельфийский оракул в это время боролся за влияние на греческое общество с более древним Додонским оракулом).
Парк показал, что в исходном тексте эпоса главную роль играла Додона, а не Дельфы. В эпоху, предшествовавшую классическому периоду истории Греции, Дельфийский оракул только начал завоевывать свой авторитет и пока еще заметно уступал Додонскому. Парк заключает, что «дельфийско-аполлонические» элементы в эпосе об аргонавтах — это поздние вставки, относящиеся ко времени, когда Дельфы уже сильно потеснили Додону. Их не могло быть в том варианте эпоса, на который ссылается Гомер в Одиссее (XII, 69–72), говоря о «знаменитом «Арго», Ясоне и движущихся скалах Симплегадах (что, кстати, свидетельствует о большой древности этого мифа).
Показательно, что Гомер больше никого из них по имени не называет. Очевидно, таким образом, что самое важное «свойство» аргонавтов (как и Ануннаков) — то, что число их равно пятидесяти и они как-то связаны между собой (являются просто «дальними родственниками», без особых уточнений). Выдающиеся герои Эллады были зачислены в их ряды значительно позже — по прихоти эпических поэтов, чтобы несколько индивидуализировать участников плавания «Арго». За исключением Ясона, нет никакой уверенности в том, кто именно из мифологических героев плавал за Золотым руном. Но на месте Ясона, как пишет Роберт Грейвс в своей книге «Греческие мифы», раньше был Геракл. А еще раньше — Бриарей. Иными словами, анонимность аргонавтов заложена в мифе, по сути дела, изначально.
Их пятьдесят, они родственники, и они плывут по морю, сидя в волшебном корабле. Полное сходство с Ануннаками и с пятьюдесятью безымянными спутниками Гильгамеша! Как известно, в отрывках из наиболее древней версии эпоса о Гильгамеше его ладья называется «маганской», то есть египетской. Колхида же была египетской колонией.
Похоже, что постепенно мы начинаем проникать в самую суть истории корабля «Арго». Думаю, что раньше это никому еще не удавалось.
Не только Геродот, но и Пиндар (518–438 гг. до н. э.) говорит о колхах как о людях с темным цветом кожи. В своей четвертой Пифийской оде, в основном посвященной аргонавтам, он пишет (строка 212): «Среди темнолицых кол-хов, в присутствии самого Ээта». Пиндар, таким образом, согласен в этом отношении с Геродотом.
Остается разобраться с вопросами датировок. Если Геродот прав и колхи были солдатами египетского фараона Сесостриса (вернее, Рамзеса II), то они должны были попасть в Колхиду где-то между 1301 и 1234 гг. до н. э. (именно тогда, по мнению Джона А. Вильсона,[214] правил этот фараон). Разумеется, это лишь ориентировочные цифры, позволяющие оценить древность рассматриваемых нами материалов. Какие-либо археологические свидетельства, подтверждающие их, к сожалению, отсутствуют. Дело в том, что столица колхов Ээя, находившаяся на берегу Черного моря (на границе между Грузией и Турцией, возле реки, известной древним как Фасис), не только не раскопана, но даже и не найдена. По сути дела, ее и не искали. А зря! Этот город был бы для археологов исключительно интересен. Там должно было сохраниться немало произведений искусства, выполненных в смешанном египетско-кавказском стиле, — в частности, работы местных златокузнецов. Недалеко от Колхиды находился знаменитый в древности центр металлургического производства. И, разумеется, мы можем надеяться найти в земле Колхиды материальные свидетельства того, о чем писал Геродот.
Для тех, кто попытается отыскать древнюю столицу колхов, я хочу привести одно из интересных описаний этой местности: «Они достигли широкого устья Фасиса там, где кончается Черное море, <…> и затем поплыли вверх по этой могучей реке, берега которой покрывались пеной от движения «Арго». Слева от них возвышались величественный Кавказ и город Ээя, справа лежала долина Ареса и священная роща этого бога, где гигантский змей охранял руно, таясь в густых ветвях дуба». (Дуб и роща — еще один намек на Додону. Ниже мы увидим, почему это так важно.)