– Аскольд, я делаю нормальную мебель, без фокусов, но моей мебели делают прививки антиквариатом, и результат выходит за рамки моего понимания.
– Может нам закрыть дачу, да по домам разъехаться? Сентябрь скоро.
– Это хороший вариант, – ответил Платон Иванович, – но Нинели и Нине надо проснуться, и рассказать нам, что с ними в музее произошло.
– А если им вспоминать не захочется? Давай Анну Александровну с ними оставим, а сами в музей пойдем, посмотрим, что там, – предложил Аскольд.
– Так, ты лучше ответь, у тебя на даче приведения есть? – спросил Платон Иванович.
– Ты, знаешь, мы об этом недавно говорили с Григорием Сергеевичем и пришли к выводу, что душа Егора Сергеевича вполне может быть приведением музея.
– Так, зачем мы туда пойдем? Пусть там Егор Сергеевич и обитает, он сам себе музей – мавзолей строил.
– Платон Иванович, мы продали янтарный комплект на юг, а в музее стоит комплект со зверями.
– Вон, оно что! Я об этом что-то знаю, но целиком мысль в голове не держал, этот ваш музейный обмен, он ведь мог душе Егора Сергеевича не понравиться! Его убил Макар, этих зверей привез Макар!
– Так, что, говоришь, Макар убил Егора? А говорили Егор Сергеевич самоубийца, сам спрыгнул с крыши, так мне и Григорий Сергеевич говорил, добавив, что он был лунатиком.
– Сорвалось с языка, я не знал, что вы этого не знали!
– Платон Иванович, а ты откуда это знал?
– Честно? Да я сам скинул Егора Сергеевича с крыши, но он уже был мертв, – сказал Платон Иванович и протянул, – ну, кто меня за язык тянет это говорить?
– С кем я рядом сижу?! – завопил Аскольд Николаевич.
– С кем? С мужем своей любовницы! Чем ты не доволен? У меня выхода не было.
Пришлось выручить Матрену, к ней ворвался в квартиру Егор Сергеевич, а ее муж, Макар и запустил нож от ревности в его спину. Все мы тут одни миром мазаны.
– Да, лучше не копать, – протянул Аскольд другим тоном.
– Так и я о том же! В этом музее дух Егора Сергеевича бродит. Перебродит – станет тише, зайдем в музей, но не сегодня.
– Страх – то, какой! Нет, дамы проснуться – поедем домой!
– Я схожу за нашатырным спиртом, должен он быть в аптечке в машине, да все и уедем отсюда.
Вскоре все покинули дачу, Нина свою собачку себе забрала, домой.
Аскольд Николаевич, вернувшись в город, навестил директора антикварного магазина, он решил сказать ей о мистичности мебели, которую она продает.
Я спросила:
– Аскольд Николаевич, родной мой покупатель! Что ли мы с тобой не знакомы? Чем ты не доволен, скажи.
– А чего говорить, вся твоя мебель с мистическим уклоном получается.
– Так, за этот довесок надо бы цену поднимать, мебель настоящая, антикварная!
– Настоящая мебель, говоришь? А человек посмотрит и в обморок падает!
– Знаешь, что господин хороший, не нужна мебель, вези назад – куплю.
– Не могу, последний комплект со зверями облюбован духом Егора Сергеевича и не подпускает никого в комнату.
– Вот это да! Вот это дощечки из тайги!
– Чему радуетесь, не пойму?
– Уникальности изделия.
– Лучше бы обычную мебель продавали! – сказал Аскольд Николаевич и покинул офис.
Я задумалась, значит, получилась антикварная мебель, а младший Селедкин настоящий, потомственный мастер! Я вызвала Шурика Селедкина и вручила ему премию, внушительного размера.
У того глаза округлились, а я сказала одно слово:
– Заслужил!
Шурик ушел, а я подумала о том, что пора бы новую диковинку выдумать на свою голову и на голову покупателя. Я вызвала Платона Ивановича, тот явился хмурый, страшный, а я ему – премию. Он расплылся в улыбке.
– Платон, говоришь, здорово у нас получилось с мебелью со зверями? Я поняла, что произошло на даче, здесь Аскольд был. Новую мебель надо делать!
– А кого пугать будем?
– Конкретный вопрос, лучше бы спросил, что делать и из чего? Делай базовый комплект.
– Чем украсишь?
– Не знаю, пока не знаю. Знаю! Свободен!
– Страшная вы женщина, хотите добыть новую рассаду для мистики?
– Самой мне не хочется добывать, я ленивая трусиха, кого бы послать добыть то, не зная что? А я знаю кого, все, спасибо.
Я основательно задумалась, и подумала, что это под силу Макару и Родьке, но Макар уехал и молчит, это значит, что у него все в порядке.
Я позвонила Родьке:
– Родион, привет, родной, зайди за зарплатой, тебе причитается.
Он нутром почувствовал, что Матрена что-то замышляет, но пришел, взял деньги, посмотрел на директора, она не заставила себя долго ждать и предложила:
– Есть дело на юге, место уточнишь у Аскольда Николаевича, твоя задача найти рассаду для мистики для нового комплекта мебели. Родя, дело серьезное, вот тебе деньги на дорогу, адрес уточнишь. Все, – и она отвернулась от Родьки, словно его и не было.
Он не обиделся, пошел выполнять задание, шурша новыми деньгами, и довольно улыбаясь.
