– Первое правило, – серьезно ответила Лорик, – сексуальная энергия должна тобой перерабатываться в творчество. Ее реально можно трансформировать в духовную энергию, занимаясь утонченной поэзией, высокохудожественной литературой. Тебе надо осваивать Градацию Искусства.
Вот твой основной девиз:
Когда хочется тебе заниматься любовью с прекрасной барышней – садись за стол и твори. Не трахайся, а созидай. Творчество – это лучший способ секса.
Второе правило: когда тебя одолеют сексуальные импульсы, молись Господу нашему и проси у Него любви к людям, которая должна родиться в сердце духовном и физическом.
И еще раз напоминаю тебе: истинного арийца изысканная дама вдохновляет устремляться к звездам, и он при виде ее красоты становится более четким и собранным.
Низшие расы утонченную женскую красоту немедленно пытаются извалять в своей постели, после чего вдохновение навсегда покидает их.
И запомни – тонкие Лани должны бродить только в королевском парке, иначе другие звери их загрызут… Ты получил ответ на свой вопрос? – строго спросила она.
– Да, – ответил я и собрался попрощаться.
– Нет, слушай дальше. Тебе не стоит играть с другими людьми и пробовать из них сотворить нечто. Тебе дана светлая энергия для тебя самого, а иначе она растратится, и ты не успеешь созреть. Не привязывай к себе никого, ибо у тебя есть кошачьи наклонности. Надо будет убрать из тебя постельную кошку, постепенно ее из тебя вытащить. Ты ведь не можешь долго находиться с женщинами – они тебе не нужны. Ты не понимаешь их ассоциаций и не можешь владеть ими. Тебе противопоказано вступать с ними в брачные авантюры.
Ты как кот – пришел, полежал и ушел, а они привыкают и притарчиваются – нельзя этого делать. Ты не владеешь женским материалом и своим тоже. Поэтому тебе противопоказано делать различные опыты с людьми. Никого не пускай в свое пространство, а то раздавят. Ты звереныш от природы, идти тебе надо к Господу нашему через природу. Многие святые пришли к Богу через природу. У тебя есть неплохие способности к приспособлению и выживанию, как у природы. Но так называемые люди могут тебя изломать. Сейчас мало людей. В основном воплощены лярвы – злые, эгоистичные. Приходит их последний час, вот они и мечутся, желая все вкусить и испробовать.
Тебе надо быть осторожным. Ни с кем не конфликтуй – ни на улице, ни дома, ни на работе. А то привяжутся лярвы и будут разрушать.
Вообще над тобой интересно работать, ставить опыты разного рода. Тебе нельзя связываться с простыми бабами. У них ты вызываешь дикую агрессию, и они попытаются тебя уничтожить. Тебе можно быть рядом только с великими – они тебя поймут. А когда надоешь им, они от тебя легко могут отколоться, а потом опять позвать к себе.
Очень интересно проверить, будет ли мне не хватать тебя, не прикололась ли я к тебе, – задумчиво добавила Лорик и, помолчав, продолжала:
Ты сейчас нормально собран по схеме, и из тебя надо иногда пить солнечную энергию, чтобы не застаивалась. Многие захотят проникнуть в твою светлую ауру, но никого не впускай к себе в душу.
Если выпадет хоть один винтик из твоей схемы, то неизвестно, что будет, так как не знаешь, откуда он выпал.
Петровичу не говори, что узнал, ибо он все, что возьмет у тебя, использует против тебя же. У него нет ничего, живет чужими пятаками.
Конечно, ты не удержишься, чтобы не побродить по бабам.
В тебе есть какой-то особый кайф. Теневые стороны твоей природы затягивают, они настолько кайфичны, что хочется иногда окунуться в них. Еще только Адмирал не прикрыл тебя своим шлейфом. Береги свою нежность и бархатность: если потеряешь ее – ничего уже не останется.
– Спасибо тебе, Лорик, за высокоградусное обучение, – поклонился я и, закрыв за собой еще одну страницу своей жизни, поехал в аэропорт Внуково – встречать Нику.
Я занял наблюдательный пост у выхода из зала и стал искать глазами лучшую адептку из города Дураков. Но вместо нее я увидел Голден-Блу, в норковой шубе и черных сапожках. Она рассеянно посматривала вокруг, у ее ног стоял большой черный чемодан. Когда она заметила меня, на лице ее засияла золотистая улыбка.
– Ты как будто не рад моему приезду, – сказала Голден-Блу нежным голосом, в котором звучало нечто похожее на любовное чувство, – а ведь я так стремилась тебя увидеть…
Я опешил еще больше, не зная что и думать, – события развивались неожиданным образом.
Тут из-за колонны вышла хохочущая Ника.
– А хорошо мы тебя разыграли? – выпалила она, пленительно улыбаясь.
– Какое счастье, что вы приехали! – воскликнул я.
– То ли еще будет, – рассмеялась она.
Голден-Блу повела нас к своей сестре, стюардессе зарубежных авиарейсов. В ее квартире, уставленной дорогой мебелью красного дерева, нас ждал вкусный ужин.
– Как идут дела на эзотерическом фронте города Дураков? – спросил я, утолив голод, но снедаемый любопытством.
Голден-Блу, изящно держа бокал в тонких пальцах, начала свой рассказ:
