– Примчался, как только позвонил Сталкер. Моя командировка закончилась раньше на два дня – спешил, дела удалось уладить быстрее, – и, как оказалось, не зря, – в глазах Соломова мелькнула горечь и затаенный страх. Он не стал говорить Асе, что опасался оказаться в той ситуации, которая случилась с Ионовым несколько лет назад. Той, из-за которой тот бросил службу. Той, из-за которой лишился семьи. Пусть Ася с Лешкой общались не так часто, как подразумевает близкое родство, но он чувствовал себя в ответе за девчонку. И никогда бы себе не простил, если бы с ней что случилось.
Поэтому, как только вернулся в Москву, первым же самолетом вылетел к ней.
Вовремя.
Да, не зря, – Ася до крови прикусила нижнюю губу. – Синяев… Он…
– Я всё знаю.
– Матвей…
– Ася, я тоже всё знаю.
– Он в полиции! – тревога прорезалась сквозь слёзы. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Тело дрожало, и угомонить дрожь не было никаких сил. У Аси точно убрали заслонку, и все эмоции – страх, отчаяние, затаенная надежда, зарождающаяся симпатия – вырвались на свободу, заклубились смерчем вокруг неё. Она столько лет жила в этом мире, где эмоции принято скрывать, чтобы не казаться слабым. Но что это будет за жизнь, если даже перед самыми близкими и дорогими нельзя быть истинной, без лжи и утаивания?
Руки Лешки со спины переместились на плечи. Ася слегка поморщилась, когда мужская ладонь вскользь задела повязку.
– Извини.
– Лешка, плевать на моё плечо! Ты слышал, что я сказала про Матвея?
Отчего-то на лице брата появилась довольная улыбка, за которую тотчас захотелось его ударить. Чего он улыбается? Чего она такого забавного сказала?
– Слышал. И не паникуй, старушка. Сейчас всё решим.
– Каким образом?!
– Обычным. Как решил с тобой. Ты ещё не заметила, что я у тебя периодически выступаю в роли волшебника? Появляюсь и решаю проблемы.
Ася нахмурилась.
– Я серьезно.
– Так и я серьезно. Сейчас тебя доставлю в отель, а сам к ментам поеду. Вытаскивать Ионова. Заодно ему… – Алексей прокашлялся, демонстрируя, что здесь он бы словечко покрепче завернул. – Пенделя ему хорошего вставлю. Какого хрена оружие незарегистрированное хранил?
Для Аси хранение оружия было меньшей проблемой. Она плохо была знакома с Уголовным Кодексом, и в её представлении за хранение оружия полагалось небольшое наказание, штраф какой-нибудь, но не больше. А вот за убийство Синяева Матвею грозил реальный срок.
Или не грозил?
– Алеш.
– Да?
– Ты же вытащишь Матвея?
– Женщина, ты вообще слышишь, что я тебе говорю? Нет, не слышишь. По глазам вижу.
Ещё немного – и у Аси случится запоздалая истерика. И она на неё имеет полное право.
Окончательно размазывая слёзы по щекам, она кое-как улыбнулась.
– Я тебя поняла. Поняла…
– Вот и славно.
– Лёш.
Продолжать фразу она не спешила.
– Давай, договаривай, чего замолчала?
– Этот сукин сын мертв.
Соломов мгновенно стал серьезным. Снова притянул девушку к себе и глухо отозвался:
– Я знаю, Ася, знаю. Для тебя всё закончилось.
– Да… Слава Богу, – Ася снова прикусила нижнюю губу. – Закончилось.
Хотя, нет, подождите-ка.
Ася встрепенулась и с подозрением посмотрела на брата.
Тот, заметив изменившийся взгляд, сделал шаг назад.
– Что? Ася, ты на меня так смотришь, точно я тебе рубль должен.
– Хуже.
– Даже так?
– Да. Леша, что за документ ты показывал капитану? Фальшивку?
– Нет, – мужчина на всякий случай сделал еще один шаг назад.
Ася заметила его уловку, и она насторожила её ещё больше. Да и очень кстати вспомнилось, как он, схитрив, заставил её остаться у Ионова.
Выдохнув, девушка приказала себе успокоиться. Больничная палата не лучшее место, чтобы выяснять все подробности.
– У меня к тебе вопросы. И претензии. Много.
– И тех и других?
– Да.
– Они подождать могут? – поняв, что буря в лице женского недовольства временно миновала, Соломов заметно расслабился. За маской паясничества и наигранного легкомыслия скрывалась смертельная усталость. Он не спал третьи сутки, держался на энергетиках. Чувствовал – ещё немного, и сдаст позиции. Поэтому срочно надо улаживать дела – и в отсыпку.
А дел ещё предстояло сделать много.
У Аси схлынула волна эмоционального взрыва, и она начинала медленно приходить в себя. Постепенно всё вставало на свои места. К лучшему. Пришло понимание, что не обязательно решать все вопросы здесь и сейчас.
– Могут. Леш, увези меня отсюда.
– Во! Другое дело. Пошли. Сейчас Сталкер тебя доставит в отель, а я к Матвею.
Сердце снова испуганно замерло. Дай Бог, чтобы у Лешки всё получилось, чтобы он там не задумал…
– Леш, я не хочу в тот отель.
– Ты в него и не поедешь. Сталкер перевез твои вещи в другую гостиницу.
– Спасибо, – поддавшись эмоциональному порыву, Ася чмокнула брата в небритую щеку и уже тише добавила: – За всё.
Ионов ни на мгновение не сомневался, что его вытащат. Даже развлекал себя, придумывая варианты освобождения. И всё чаще склонялся к одному. Сначала этот вариант ему казался чертовски плохим, он даже намеревался его отклонить, а потом пришла мысль – а почему бы и нет? В конце концов, как веревочка не вейся, а конец всегда один.
Так и у него.
