Худощавый мужчина, такой бледный, словно сам здесь подрабатывал трупом, вытащил из стального шкафа две полки с накрытыми тканью фигурами. Ну что я могу сказать, два тела больше походили на ледяные скульптуры из городского парка, чем трупы людей. В том числе и потому, что оба мужчины были достаточно молоды и хорошо сложены. Но, что интересно, одежда осталась нетронутой, превратились в лёд только сами тела. И глаза… вместо них действительно играли на свету прозрачные алмазы.
— Хмм… интересно…
Госу склонился над полкой и принялся внимательно исследовать первое тело.
— Круто! — выдохнула Лора и чуть ли не носом ткнулась в торчащие из глазниц алмазы. — А ведь они оба были красавцами… особенно обидно, что они умерли.
От лица всех «не красавчиков» мне стало немного обидно, но я гордо промолчал. Не пытаясь делать вид, будто что-то понимаю в подобных вещах, я просто на всякий случай поверхностно изучил оба тела. От чего бы они не умерли, это было явно одно и то же явление или существо. Но если первый человек погиб в шахте, то второй прямо в своей квартире, что и являлось основной причиной недовольства Даймондов работой Джеймса.
— Ну что, есть мысли? — спросил я Госу, когда тот вроде бы закончил исследование.
— Они заледенели, — лаконично ответил ёкай, чем вызвал пренебрежительную усмешку у работника морга. — Причем процесс шёл изнутри и идёт до сих пор. От них исходит холодная энергия, поэтому лёд не тает.
Как же мне мешали лишние глаза и уши, я даже не мог задать ему интересующие меня вопросы. Но кое-какое исследование я мог провести и сам, чтобы определить, точно ли души покинули эти тела. Всякое бывает, вдруг их запечатало льдом, и на самом деле люди и вовсе живы. Использовав гофу поиска души, я убедился в том, что тела действительно пусты.
— А что насчёт алмазов? — спросил я Госу. — Они настоящие?
— С этим всё просто, — вмешался патологоанатом. — Глаза были вырезаны, и на их место вставили алмазы. А потом уже тела заледенели.
— Именно, — согласился Госу.
— Значит, внутри них есть что-то, генерирующее холод? — уточнил я.
— Весьма вероятно, — ответил ёкай и посмотрел на патологоанатома. — Вскрытие не проводили?
Тот пожал плечами в ответ, мол, и так же видно — тела целы.
— Мы ждали вас. Мало ли, что может случиться, если воздействовать на тела, вдруг это опасно.
Хотел бы я знать, почему этим не занялся Джеймс. Судя по записям, он просто приехал, посмотрел на тело, поставил защиту на шахту, и сразу уехал.
— Ладно, давайте сделаем это вместе, — предложил Госу.
Лора так довольно потёрла ладошки, словно всегда мечтала побывать на вскрытии. Хотя, может, так оно и было.
— Не хотите подождать снаружи? — спросил я Кристину Даймонд. — Это займёт какое-то время, да и зрелище может быть не слишком приятным.
Девушка одарила меня высокомерным взглядом.
— Думаю, я справлюсь.
— И это может быть опасным, — попытался настоять я.
— Но вы же здесь как раз для того, чтобы справиться с опасностями, — издевательски ухмыльнулась девушка.
— Ла-адно.
Я подошёл к Госу и шёпотом спросил:
— Это же не опасно?
— С любой физической опасностью я справлюсь, а от остального лучше подстраховаться рунами.
Немного подумав, я достал сумку, взял несколько гофу барьеров и закрепил на трупе, одежду на котором Госу уже успел разрезать. Что ж, мои барьеры смогли остановить даже Падальщиков, авось и с тем, что может вылезти из замороженных людей, справятся.
Патологоанатом взял хирургическую пилу, похожую на «болгарку» и начал пилить грудную клетку. Я не слишком хорошо разбираюсь в анатомии, но процесс шёл на удивление легко и равномерно, словно пилили однородный лёд, а не человеческое тело. А в какой-то момент и вовсе по центру груди человека с хрустом прошла трещина, буквально разделившая тело пополам. Патологоанатом от неожиданности отскочил в сторону, уронив на пол пилу, с визгом начавшую скрежетать по кафельному полу.
Кристина Даймонд охнула, но поспешно сделала вид, будто это была не она. А сразу после этого из тела вырвалась ярко-голубая энергия, но ударилась о барьер, и отпрыгнула обратно на стол между двумя половинками трупа, начав формировать что-то вроде небольшого осколка. Мои гофу барьеры сгорели, но холодная энергия больше не пыталась вырваться, а вроде бы успокоилась, превратившись в зеркальный треугольный осколок. Более того, само тело буквально на глазах начало таять и возвращать свой обычный вид. Если, конечно, можно считать обычным человеческое тело, треснувшее посередине. Вот только теперь, вернувшись в обычное состояние, все внутренности благополучно вывалились на стол…
Лора отвернулась и опорожнила желудок в очень удачно подвернувшуюся урну, я же отнёсся к тому, что увидел, довольно спокойно. Человек такая сволочь, что ко всему привыкает.
Госу поднял непонятный осколок телекинезом и перенёс на стол.
— И что же это такое? — спросила бледная Кристина Даймонд, не торопясь подходить к столу.
— А знаете, кажется, у меня есть идея, — озадаченно сказал я, сам не веря в свою догадку. — Это ведь осколок зеркала.
— Мы видим, — нетерпеливо сказали девушки практически хором.
