Один из тиранов, может быть, и в прошлом, но другие Эпики по-прежнему досаждают жителям Ньюкаго. Дэвид Чарльстон и Реконеры поклялись бороться с этим злом до последнего.Внимание: данное произведение включает в себя основные спойлеры по роману «Стальное Сердце». Приступайте к прочтению рассказа «Митоз» только после ознакомления с первой книгой цикла «Реконеры».
«Митоз» — это рассказ, действие которого происходит между первой и второй книгами из цикла «Реконеры». Если вам понравился роман «Стальное Сердце», я думаю, вы получите удовольствие и от прочтения этой истории. Но должен предупредить — данный рассказ включает в себя основные спойлеры к «Стальному Сердцу», так что я бы не читал «Митоз» до тех пор, пока не ознакомился с первым томом трилогии.
Наконец-то наступил день, которого я ждал десять лет. День выдающийся, важный, день со смыслом, отличающийся от всех остальных.
Пришло время купить хот-дог.
Когда мы пришли, в очереди стояла женщина, но я не стал лезть вперед. Она бы меня и так пропустила. Я являлся одним из Реконеров — лидеров сопротивления, защитников города Ньюкаго, сокрушителей самого Стального Сердца. Но процесс ожидания в очереди был частью ритуала. Не хотелось портить момент.
Вокруг меня простирался Ньюкаго: город небоскребов, подземных переходов, магазинов и улиц, навсегда застывших в стали. Недавно Тиа начала кампанию по покраске некоторых зданий. Теперь, когда бесконечный мрак в городе рассеялся, оказалось, что все эти отражающие поверхности ослепляли своей яркостью. После такой работы через какое-то время город перестанет быть одноликим. Наоборот, он заиграет новыми красками: красными, оранжевыми, зелеными, белыми, фиолетовыми…
Абрахам, мой попутчик на экскурсии за хот-догом, проследил за моим взглядом и скорчил гримасу.
— Было бы неплохо, если бы мы как-то сочетали цвета соседних зданий, прежде чем начинать покраску.
Высокий и темнокожий, Абрахам произносил слова с легким французским акцентом. Во время разговора он разглядывал проходивших мимо людей, изучая каждого в своей фирменной, расслабленной, но в то же время проницательной манере. Из его набедренной кобуры торчала рукоятка пистолета. Мы, Реконеры,
— Красим тем, что удается найти, — ответил я.
— Какая-то безвкусица.
Я пожал плечами.
— Мне нравится. Цвета разные. Конечно, город не тот, что до Напасти. Но, по крайней мере, уже лучше по сравнению с тем, что было при Стальном Сердце. Город получается будто… шахматная доска. Только, хм, разноцветная.
— Может быть, лоскутное одеяло? — спросил Абрахам, развеселившись.
— Конечно. Если ты предпочитаешь скучные метафоры.
«Лоскутное одеяло. Почему это не пришло мне в голову?»
Женщина перед нами отошла с хот-догом, и я приблизился к стойке — маленькой металлической тележке со стальным зонтом, навсегда застывшем в открытом состоянии. Продавцом был Сэм, пожилой мужчина с бородой в красно-белой шляпе. Увидев нас, он широко улыбнулся.
— Для вас за полцены, — сказал он, вытаскивая два хот-дога. В чикагском стиле, конечно же.
— Полцены? — спросил Абрахам. — В былые времена спасение мира ценилось гораздо выше.
— На жизнь тоже надо как-то зарабатывать, — ответил Сэм, обильно накладывая начинку. Очень… много начинки.
Желтая горчица, лук, кусочки помидора, сладкие маринованные овощи: перчики — естественно, целиком, кусочек огурца с укропом и щепотка сельдереевой соли. Все точно так же, как и раньше. Настоящий хот-дог по-чикагски делается так, будто кто-то выстрелил из базуки в овощной магазин, соскреб со стен все месиво и выложил на сосиску.
Я жадно схватил свой хот-дог. Абрахам был настроен более скептично.
— Кетчуп? — спросил он.
Глаза продавца расширились.
— Он не местный, — быстро проговорил я. — Никакого кетчупа, Абрахам. Ты же француз? Вы же вроде как хорошо разбираетесь во вкусной еде.
— Французские
— Просто попробуй, — я откусил от своего хот-дога.
Блаженство.
На мгновение мне показалось, что время повернуло вспять. Я снова с отцом, страшные события еще не произошли. Вот раздается его смех, доносятся запахи города, пускай не лучшие запахи, но того города, что был раньше.
Воспоминания улетучились, и я снова очутился в Ньюкаго, городе из стали. Но эти воспоминания… Искры, как же они непередаваемо чудесны. Я взглянул на Сэма, он расплылся в ухмылке. Этого уже не вернуть. Мир изменился.
