— Наши директивы на ближайшие недели следующие. Всю деятельность вы должны сохранить в абсолютной тайне. Необходимо усыпить бдительность англичан, а значит, ни в коем случае не допускать утечки информации. В ближайшую неделю вы примете пятьдесят офицеров абвера, которые в течение нескольких дней будут переброшены из Центра в ваш район для выполнения специального задания. Целью первой группы под командованием обер-лейтенанта Мерцига будет подготовка к выводу из строя нефтеперерабатывающего предприятия в Абадане, чтобы таким путем лишить горючего британский флот. Группа Мерцига будет выступать как делегация Гамбургской экспортной компании. Вторая группа — под видом экспертов предприятия «И. Г. Фарбениндустри» — займется приемом перебрасываемых в Иран оружия и взрывчатки. Вы можете разместить их, — обратился он к Бахману, — в качестве специалистов в красильне ковровой фабрики Витгенштейна. Следует также подумать о незаметной организации соответствующих складов. Третья группа наших специалистов будет действовать в качестве представителей торговых фирм. Их задания: сбор разведывательной информации о коммуникациях, аэродромах и военных базах Великобритании, передвижениях войск и, что очень важно, подготовка площадок для приема грузов и парашютистов в «день Икс». Кодовое название нашего плана — «Амина». План утвержден шефом.
— Адмиралом Канарисом? — спросил Бахман. Полковник кивнул и добавил:
— Лучше не называть фамилий. Дальнейшие планы мы обсудим в свое время.
Внезапно на лице полковника возникла гримаса боли, он прижал руку к груди в области сердца и побледнел. На лбу у него выступили крупные капли пота. Опершись о спинку стула, он тяжело задышал.
— Что случилось? — вскрикнул обеспокоенный консул. — Вызовите врача! Быстро! — приказал он Гансу.
— Кажется, доктор Иоахим еще у дочери барона, — сказал Бахман и выбежал из комнаты.
Консул уложил полковника на диван. Через минуту вбежал Ганс, за ним Иоахим. У доктора не было с собой фонендоскопа, поэтому он только проверил пульс и послушал сердце.
— Подготовьте машину. Больного необходимо отвезти в больницу.
— Доктор, это что-то серьезное? — произнес слабым голосом полковник.
— Не волнуйтесь. Все будет хорошо. Я только позвоню в больницу, чтобы приготовили место, — сказал Иоахим и вышел в соседнюю комнату. Поддерживая полковника под руки, Ганс и консул проводили его в машину.
— Господин доктор, лечение полковника может иметь большое значение для вашей карьеры. Мы обо всем будем сообщать в Берлин, — сказал Иоахиму Ганс.
— Для меня значение имеет только то, что больному нужна помощь. Я — врач.
Машина поехала в сторону больницы.
В тот вечер Марта в первый раз почувствовала себя настоящей хозяйкой дома. После того как полковнику стало плохо, гости начали расходиться. Марте пришлось одной их провожать. Когда ушел последний из гостей, раздался телефонный звонок. Она подняла трубку и растерялась. Звонил Вильям.
— Добрый вечер, говорит Мистер Зингер, — представился он.
Марта не могла произнести ни слова.
— Почему ты не отвечаешь? Ты одна?
— Да.
«Чего он хочет от меня?» — подумала Марта.
— Я целую вечность тебя не видел. Тосковал по тебе, по твоему голосу, по твоему чудесному, милому лицу. По тебе всей. Сейчас я подумал, что, если не увижу тебя, сойду с ума.
Марта облегченно вздохнула. Она ожидала, что Вильям будет ее шантажировать. Угрожать компрометацией.
— Я прошу тебя, очень прошу, не звони мне больше, — сказала она.
— Может быть, встретимся? — предложил он.
— Я тебе советую, откажись от телефонных звонков. О встрече не может быть и речи. Это конец. — Она старалась придать своему голосу решительные ноты. — Слушай, я тебе скажу откровенно. Это правда, что я назло тебе вышла замуж за Ганса. Но теперь я его полюбила. Это было нелегким делом. Мне пришлось много настрадаться, прежде чем примириться со случившимся.
— Веришь ли ты в то, что говоришь? Ты внушаешь себе это. Может быть, ты это делаешь, чтобы сделать мне больно?
— Нет, Вильям, правда, нет. Он меня любит, у меня теперь дом… Кажется, я беременна. Поэтому, я прошу тебя, будь джентльменом и оставь меня в покое. Не разрушай моей жизни во второй раз. Я хочу быть только женщиной и женой.
Вильям заколебался и спустя мгновение сказал:
— Конечно, ты имеешь на это право.
— Спасибо, что ты меня понял, — с явным облегчением произнесла Марта.
— А я все-таки буду ждать твоего звонка. Помни, что мой дом всегда для тебя открыт. Скажу прямо: я жду тебя.
— Спасибо. Ты ведь знаешь, что я не воспользуюсь приглашением.
— А может быть…
— Спокойной ночи, — сказала Марта и положила трубку.
«Все прошло хорошо. Он на самом деле вел себя по-джентльменски», — подумала Марта. Когда она села за стол, взгляд ее невольно задержался на их с Гансом свадебной фотографии. «Действительно ли я счастлива?» — задумалась она.
