Митридатовы войны полностью

СТРАБОН. География. Публикуется по изданию Страбон. География. М.: Наука, 1964 (Перевод Г.А. Стратановского под общей редакцией проф. С.Л. Утченко).

ЮСТИН. Эпитома сочинения Помпея Трога «Historiae Philippicae». Публикуется по изданию Юстин. Эпитома сочинения Помпея Трога «Historiae Philippicae». Пер. А.А. Деконского и М.И. Рижского // Вестник древней истории, 1954, № 2–4; 1955, № 1.

В Евангелии от Луки есть одно на первый взгляд странное место. В ответ на слова фарисеев, что Иисусу угрожает тетрарх Иудеи Ирод Антипа, Христос отвечает: пойдите, скажите этой лисице: се, изгоняю бесов и совершаю исцеления сегодня и завтра, и в третий день кончу; а впрочем, Мне должно ходить сегодня, завтра и в последующий день, потому что не бывает, чтобы пророк погиб вне Иерусалима (Лк 13: 32–34). Странное определение: «лисица». То, что рассказывают Евангелия об Ироде, убийце Иоанна Крестителя, предполагает другую характеристику: «палач, тиран, распутник» и т. п. Почему «лисица»? А что означает этот образ в Библии? По мнению автора Библейской энциклопедии, она была символом хитрости и лукавства, иногда лисы тайком следуют за войсками и питаются трупами погибших воинов (Библейская энциклопедия. М., 1990. С. 434). И хотя есть другие интерпретации этого образа, все равно на первый взгляд (!) кажется, что он неожиданный. Что-то такое видел Иисус в Ироде, о чем не сообщают нам евангелисты.

Выразительный образ. Попытаемся разобраться, как он мог возникнуть.

Церковные писатели справедливо пишут прежде всего о духовном смысле событий. Они следуют за евангелистами, которые, по справедливому замечанию Иоанна Златоуста, не говорили «ничего лишнего и постороннего, кроме того, что могло содействовать их главной цели». Именно поэтому Иоанн Златоуст убежден, что во время убийства Иоанна Крестителя «несчастным Иродом овладел дьявол». В святоотеческой традиции суд Ирода над Спасителем очень подробно обдумывает блаженный Феофилакт Болгарский. Он считает главным мотивом Ирода суетную легкомысленность: «Ирод обрадовался ‹…› поскольку слышал о Нем, что Он мудрец и чудотворец, то имел неразумное желание, страдая и сам любовью к новостям, увидеть Сего странного Человека и послушать, что Он говорит».

«Ирод желал видеть Иисуса с тем намерением, чтобы наругаться и насмеяться над Ним, и увидеть от Него чудо». Блаженный Феофилакт утверждает, что «Господь не мятежник и не возмутитель. Если бы Он был таков, то не стали бы шутить, когда угрожает такая опасность и предполагается восстание целого народа, и притом народа многочисленного…»

«Восстание целого народа…» Здесь церковный писатель ставит перед нами другую очень важную проблему. Мы знаем, что иудеи искали прежде всего восстановления независимости, и именно под этим углом смотрели на Иисуса как на потенциального претендента на царство. И если так Его воспринимали иудеи, то так же должны были рассматривать и политики и «спецслужбы» великих держав на Ближнем Востоке. Деятельность Спасителя неизбежно должна была оказаться в поле пристального внимания политиков. Историки редко готовы видеть в евангельских текстах информацию о реальных политических событиях. Кажется, напрасно.

Как известно, политическая ситуация на Ближнем Востоке в I в. н. э. определялась противостоянием двух великих держав, Парфии и Рима.

Впервые они столкнулись еще в 54 г. до н. э., когда на территорию Парфии вторглись римские войска под командованием Красса. Парфией в это время правил царь Ород. Против римской армии он направил корпус парфянской конницы под командованием Сурены. Римлян ждал катастрофический разгром. Около десяти тысяч попало в плен, еще десять тысяч спаслось, тридцать тысяч было уничтожено.