Хлоя Петровна очень любила своего сына Юрика. Казалось бы, все матери одинаково нежно относятся к своим сыновьям, но именно Хлоя Петровна с большим отрывом выиграла бы любой международный конкурс материнской любви. Юрик был для нее центром мира и смыслом существования. Она его так и называла — Смыслик.
Когда Смыслик появился на свет, Хлоя Петровна была совсем одинокой молодой женщиной. Ни мужа, ни подружек, ни близкорасположенных родителей у нее не имелось. Работала юная Хлоя на оборонном предприятии, и с этого самого предприятия ей однажды дали путевку в Кисловодск. Там она познакомилась с сероглазым отдыхающим (женат, двое детей), и так получился Юрик.
Даже отчества Юрикового отца Хлоя Петровна не знала и точного адреса, так что некоторое время считала себя очень развратной. Потом это, впрочем, прошло. Сын получился такой замечательный, что Хлоя Петровна даже тайно радовалась: не надо было делить радость обладания с каким-то совершенно посторонним типом.
Юрик стал единственным человеком в жизни Хлои Петровны, который смотрел на нее с искренним восхищением. С самого своего раннего возраста. Его все в ней восторгало, и он улыбался маме так часто, как мог.
Хлоя Петровна вытерла покрасневший нос бумажной салфеткой и снова стала перелистывать альбом с фотографиями.
Вот Юрик лежит голенький в ванне. Крохотный. Как страшно было купать его в первый раз! А вот ему уже полгода, и он сидит в подушках... На следующем снимке Юрик пополз, еще через страницу начал ходить, а вот и первый класс, астры в руке и вместо передних зубиков — трогательная впадинка.
Школьные Юриковы снимки. С друзьями-одноклассниками: никто из них даже близко не мог сравниться с ее сыном. Вот Юрик на субботнике: дурачится, машет метлой из коричневых жестких веточек. Вот уже выпускные экзамены — Юрик тогда сильно похудел, волновался, а Хлоя Петровна вообще перестала спать и есть, только пила кофе галлонами. Юрик просил ее проверять вопросы по физике и геометрии; она слушала неуверенные, с бесконечными откашливаниями монологи и делала вид, что не замечает на столе стопку бумажных “флагов”, исписанных тонким чужим почерком.
Вот владелица почерка — красавица Нина. Хлоя Петровна сразу невзлюбила ее, потому что сын смотрел на Нину с восхищением: изменял...
Нина была ветреница, изводила Юрика своими капризами, он страдал, ходил на все ее дурацкие вечеринки, а однажды не явился ночевать...
Вот первый курс едет в колхоз. У Юрика большой рюкзак за плечами и совсем другое выражение лица. Карман куртки оттопыривается — там сигареты...
Юрик за границей — первые поездки, как он говорил, по бизнесу. Из каждой страны — подарок маме. Серебряные украшения, статуэтки, вазочки...
Последние фотографии недавние и самые ненавистные — свадьба. Юрик женился — так рано, дурачок! — на бывшей однокурснице Свете... Вот она в загсе, ухмыляется. Уже заметно беременная... Вот ее родители — тщеславные индюки. Радостные гости — им-то что печалиться?
Хлоя Петровна была там, однако не сказала своей невестке ни слова. То есть она процедила сквозь зубы “поздравляю”, но в душе прокляла ее раз и навсегда. Ее и ребенка, который уже скоро должен был вылезти на свет и окончательно разрушить связь между Юриком и Хлоей Петровной.
Дальше в альбоме были чистые листы.
Хлоя Петровна сняла запотевшие от слез очки и высморкалась. Тут же зазвонил телефон, как будто ждал подходящего момента.
Это был Юрик. Сердце Хлои Петровны запрыгало, как фокстерьер.
— Мамочка, Света родила! Мальчика, у меня сын! А ты теперь бабушка...— Юрик чуть задыхался от радости, у него с детства была такая особенность.
— Поздравляю, Юрочка,— выдавила из себя бабушка. Ей стало невыносимо больно, потому что теперь между нею и сыном стояло сразу двое людей.
Юрик прокричал еще что-то и бросил трубку. А его мать грустно сидела на диване и тихо плакала, утирая лицо руками. В ее жизни с этим телефонным звонком все как будто закончилось.
Хлоя Петровна знала, что не сможет полюбить внука. Это ведь ребенок чужой женщины, которая нахально увела Юрика из дома. Кроме того, она слишком сильно любила сына, чтобы у нее остались чувства еще для каких-то детей. Ей было физически неприятно видеть своего сына влюбленным в чужого человека, и она с большим трудом держала себя в руках, чтобы не устроить истерику с плачем и подвываниями.
Самое интересное, что Юрик ни о чем таком не подозревал. Он очень нежно относился к матери и считал, что она просто обожает детей. Так что новоприбывшему в семью младенцу, которого нарекли Афанасием, была предписана роль мироносца. Забегая вперед, скажу, что Афанасий с этой ролью не справился.
Так вот, Хлоя Петровна вяло выслушала восторженные вопли Светиных родителей, которые начали трезвонить через полчаса после Юрика, а потом у нее кончились силы и время сидеть дома. Пора было собираться на работу.
