Верите ли вы в любовь? А в ненависть? А в то, что можно одновременно любить и ненавидеть одного и того же человека с равной силой? Нет? Поверьте, в нашей жизни и такое возможно. Я любила Глеба больше своей жизни. Но он предал меня. Использовал для того, чтобы отомстить моему брату. Похитил мое сердце, а затем разбил его на мелкие осколки. Разрушил нашу вселенную и веру в любовь. А затем он ушел. И не оставил после себя ничего, кроме боли … Я уехала. Забыла его. И начала новую жизнь. Но судьба вновь столкнула нас. Я все еще ненавижу Глеба. Но даже спустя столько лет мое сердце все еще бьется в его присутствии…
Марк.
Настойчивый стук в дверь гостиничного номера не дает досмотреть такой замечательный сон. Я с силой зажмуриваю глаза в надежде все еще удержать его хотя бы на пару секунд. Но картинка все же меркнет, а потом и вовсе пропадает. И неважно, кто стоит за этой самой дверью. Я уже заранее ненавижу этого человека. За то, что так нахально выдернул из царства Морфея, в котором я был так счастлив, и вернул в ненавистную мне реальность. В мир, где каждый стук моего сердца отзывается невыносимой болью. Потому что только в фантазиях и снах Юля принадлежит мне. В реальной же жизни она девушка моего друга. И как бы не было больно, я готов это терпеть. Лишь бы моя девочка была счастлива, пускай даже с другим.
Накрываю голову подушкой в надежде, что незваный гость все-таки уйдет. Но стук в дверь становится еще более настойчивый. «Да кого там черти принесли?!» - Выругиваюсь я, неохотно поднимаясь с кровати. Направляюсь к двери, уже готовясь выплеснуть всю свою злость на того, кто посмел меня разбудить. Мысленно даже накидываю свою гневную речь.
Еще не успев дотронуться до дверной ручки, слышу знакомый женский голос и напрягаюсь, пытаясь вспомнить, кому он принадлежит.
- Никитин! Немедленно открой дверь! Я знаю, что ты здесь. Как и то, что ты в номере один.
- Ты? - Удивляюсь я, увидев девушку перед собой. Уж кого-кого, а ее точно не ожидал здесь увидеть.
- Я. Впустишь? Или на пороге разговаривать будем?
Делаю шаг в сторону, чтобы девушка могла пройти внутрь комнаты. Гадая за чем мог ей понадобится. Она быстрым шагом проносится мимо меня. Резким движением одергивает плотные шторы, заставляя глаза прищуриться от яркого дневного света. Затем открывает окно, впуская свежий прохладный воздух.
- И давно ты бухаешь?
- Тебе то что? Отчитывать меня пришла?
- Да больно нужен ты мне. Только вот скажи мне, Марик, а то я одного понять не могу. Если ты Юльку так любишь, то почему не боролся. Почему позволил Грачевскому так легко забрать ее?
- А что я мог сделать? Если Юля любит его. А для меня главное, чтобы ей было хорошо.
- Не знаю, Никитин, ты то ли дурак, то ли и впрямь такой благородный? Аж бесит. Попробовал бы хотя бы что-то сделать. А ты ручки по швам и пошёл себя жалеть. Ведь, я же сама видела, что у Юли к тебе тоже что-то есть. Пусть не любовь, но симпатия то точно была.
- Матвеева, отвали. И не лезь туда, куда тебя не просят.
Я опускаюсь в кресло и наполняю стакан виски. Подношу крепкий напиток к губам. Но сделать глоток мне не позволяют тонкие наманикюренные пальчики, вцепившиеся в мой стакан так, что часть его содержимого выплескивается. Частично на пол и обивку кресла, а частично на меня.
- Ты охренела? – Подскакиваю на ноги, позволяя ей забрать напиток, но только для того, чтобы мог снять себя мокрую футболку. Затем вновь тянусь за стаканом. Но эта коза прячет его за своей спиной.
- Дай сюда. – Зло цежу я. Вика смотрит на меня с вызовом, задирая свой упрямый подбородок.
- Марк, завязывай бухать! Ты что вообще творишь с собой? В зеркало себя давно видел? Во что ты превратился? На занятия не ходишь, дома не живешь. Это я еще молчу о твоих новых дружках и нелегальных гонках.
- А о гонках ты как узнала? – Эта стерва улыбается мне так, словно я спросил у нее сущею глупость. И оставляет мой вопрос без ответа.
- Вали в душ, Никитин! Трезвей! И приводи себя в порядок. У меня к тебе серьезный разговор. И нужно, чтобы твой мозг работал если не на все 100%, то хотя бы на половину.
- Ты разбудила меня, ворвалась в номер и ставишь мне тут условия! С чего ты, Вика, взяла, что я стану тебя слушать? Вместо того чтобы выставить за дверь.
- А у тебя выбора нет. Так что станешь. Еще как!
- С чего вдруг?
- Надеюсь, Марк, после этих слов твой мозг включится: - Юлька в серьезной опасности!
- Говори!
-Нет! Сначала в ты сходишь в душ. Марк, ты, конечно, извини, но от тебя воняет. – Хватаю ее за тонкую шею и прижимаю к стене. Слегка надавливаю, но девчонку, похоже это только забавляет.
- Го-во-ри! В чем дело? – По моим венам разливается злость, перемешиваясь с тревогой за мою девочку.
- Хоть шею мне сломай, но я ни слова тебе не скажу, пока ты не протрезвеешь. Вали под холодную воду. А я пока закажу нам кофе. - Резко отпускаю ее, так, что в первое мгновение теряет равновесие и пошатывается. Злюсь на Матвееву, но все же следую в сторону в ванной комнаты. В одном Вика права, мне и в правду не мешает немного прийти в норму после трехдневного загула.
Голова идет кругом. «Кто, хочет навредить Юле? Что за бред? Это же Юлька. Моя Юлька! Она и мухи не обидит, не то что… С другой стороны, Матвеева бы не пришла ко мне. Но с кем у моей девочки может быть конфликт? И что ей угрожает? А может быть, дело не в ней?»
Наскоро споласкиваюсь холодной водой и даже сбриваю недельную щетину. Смотрюсь в зеркало. «М-да» к парикмахеру бы тоже не мешало заглянуть. Обматываю полотенце вокруг бедер. Выхожу и ежусь от прохлады в номере. Поэтому первым же делом закрываю окно.