— Ну… — я осмотрелась, словно боялась, что на меня сейчас рухнет кирпич или пронзит молния, но нет. Даже на улице дождь наконец-то подходил к концу, а ветер затих. Наступил поздний вечер. Что же это? Мне дают разрешение? Так и быть, рискну! — Мы находимся в мире Дорам.
— Ох, да ладно! — бросил парень. — Ладно бы когда ты это говорила по воздействием болезни, но теперь…
— И тогда, всё что я говорила — правда, — вздохнула я. — Тхэ Гён, ты обещал выслушать. Так вот он мой секрет! Мой мир — мир Дорам, и я в нём — Помощник. У меня есть куча привилегий и способностей, а также недостатков. Вот, например… — задумалась. — О! Любая моя фотография будет идеальна, с какого ракурса не сфотографируй. Но я сама не могу фотографировать. Это словно недостаток, для гармоничности.
— Не вижу в этом ничего сверхъестественного, — отмахнулся Тхэ Гён. — В мире шоу-бизнеса десятки таких людей. Уж я-то знаю.
— Да чтоб тебя! — в прошлый раз было намного проще. Показал изнаночную сторону этого мира, и всё. Правда, тогда это было слишком неожиданно и быстро. Придётся потерпеть. — Тогда… О! Точно! Я понимаю в этом мире все языки. Все! При этом на самом деле не знаю ни одного из них. Я говорю с тобой на чистом русском, но ты, скорее всего, слышишь чистый корейский. Как и ты для меня говоришь на русском.
— Что за ерунда? — нахмурился Тхэ Гён. — Как такое может быть?
— Не веришь? — улыбнулась я. — Проверь!
Парень недовольно надул губы и сощурил глаза, явно испытывая некий азарт. Призадумался, после чего сам усмехнулся, явно готовясь положить меня на обе лопатки и выиграть состязание.
— Сегодня на ужин я бы предпочёл заказать рыбу, надеюсь оно того стоит, ведь в рыбе очень много полезных веществ, — произнёс спокойно Тхэ Гён.
— Рыбу? Серьёзно? А её тебе можно? У тебя же аллергия на всё морское. Оно того не стоит, — покачала я головой, а вот Тхэ Гён был несколько удивлён, но не сильно.
— Ладно, с английским ты дружишь, — хмыкнул солист. — А как тебе это? Я люблю рассвет. Во время рассвета мир становится ярче, а тьма отступает.
— Согласна, но сейчас, наоборот, близится ночь. До рассвета придётся ждать не менее восьми часов.
— И французский тебе знаком?! — воскликнул Тхэ Гён.
Я хихикнула, но парень не сдавался. Он находил новые и новые фразы на различных языках, на которых и сам говорил с трудом. В итоге парню пришлось признать, что я спокойно его понимаю на всех языках мира. Вера в мою историю потихоньку становилась ярче в его глазах. Но не до конца, чему я несказанно рада. Возможно, он вновь придумал для себя логическое объяснение тому, что только что произошло, но всё же принял сей факт.
— Отлично, — в итоге сдался Тхэ Гён. — Кэт, каким бы сказочным или даже безумным не был твой мир, я приму его. Теперь никаких секретов, — я согласно кивнула. — Но раз так… — солист грозно указал на мои ноги. — Давай сюда, иначе действительно покусаю.
Это мне вначале показалось смешным, вот только парень почему-то не улыбался, и я решила лишний раз не рисковать. Выполнила просьбу. Холодный крем приятно щекотал кожу. Однако один вопрос меня всё же мучил и давно не давал покоя. Задать или промолчать?
— Тхэ Гён, — парень вновь вопросительно посмотрел на меня. — Так с кем ты на самом деле встречаешься? Если не Ю Хе И, то… кто?
— Чего? — солист выглядел так, словно его пыльным мешком по голове разок ударили. — Откуда такая информация?
— Шин У сказал… — виновато произнесла я. — Он сказал, что есть кто-то, кто заставляет тебя чаще улыбаться. Вот я и подумала, что это другая девушка. Ну не Ю Хе И же.
— Пф! Буду я ещё улыбаться рядом с этой Национальной Фурией! — прыснул гневно парень, но через секунду загадочно посмотрел на меня и улыбнулся. — А почему тебя подобное интересует? Ревнуешь? Ах, так и знал, что ты моя фанатка.
— А?! Вовсе нет! — вскрикнула я.
— Не стоит этого так стыдиться, — продолжал улыбаться Тхэ Гён. — В конце концов, это моя работа — всем нравится. Я привык, что у меня миллионы поклонниц. Просто присоединишься к их фан-клубу.
— Тц! Нет, вы только гляньте… — злобно бубнила я. — Царь дал своё дозволение, — ярость уже бушевала в крови.
— Вот такой вот я человек, — спокойно продолжал Тхэ Гён, гордо приподняв подбородок. — В том, что я тебе нравлюсь, нет ничего плохого. И ты моя особая поклонница. Гордись этим!
— Хван Тхэ Гён! — крикнула я, чувствуя, что тело дрожит от злости и негодования. — Я тебе не какая-нибудь фанатка, плачущая у ворот студии! И не воспринимаю тебя как Лидера музыкальной группы отдельно! Поэтому и люблю не как кумира! Понял?
Пока парень смотрел на меня, разинув рот и хватая ртом воздух, я наклонилась в его сторону, выхватила из рук тюбик крема и с психу босиком вышла из комнаты. Хоть ноги до сих пор немного щипало. Раз стемнело, все определёно собирают свои вещи и вот-вот разъедутся. И только когда я села в один из трейлеров и захлопнула за собой дверь, до меня вдруг дошло, что я только что сморозила самую большую глупость. Призналась в любви. Ох, боже…