Владимир Жириновский: 17-й год, октябрь, страшнее события в истории человечества не было. До сих пор мы мучаемся, до сих пор в крови, до сих пор кадровый голод, до сих пор нет наших денег. Все было уничтожено. Это страшнее Чингисхана, это страшнее Наполеона, страшнее немецких фашистов-захватчиков, потому что так глубоко уничтожить собственную страну, начать эту страшную гражданскую войну, самое главное — юридические аспекты, никто не имел права арестовывать законное Временное правительство России, это бандиты, уголовники делают, но и они этого не делают, это делает минский спецназ, ибо Ленин со своими бандитами сидел в Смольном дворце. Они не участвовали в этом, рабочие и солдаты, никакого штурма Зимнего не было. Все, что они сделали, — ворвались в Зимний дворец, все испохабили, изнасиловали, все поломали, все. Раненых русских солдат не пожалели. Это называется большевики, это называется власть перешла к рабочим и солдатам. Вот солдаты в Зимнем, они над ними издевались. То есть страшная гражданская война, всех расстреливали. Церковь, такого страшного удара по церкви не было ни в одной стране мира никогда. Все специалисты, все инженеры, школа, всех уничтожили. И начали с нуля, с уголовниками, с улицы уголовников привели к власти, и до сих пор это продолжается, до сих пор. Вы нас отбросили в 17-й век, ибо Горбачев и Ельцин продолжили ваше дело. Горбачев прямо сказал: перестройка — продолжение Октября. Вот мы мучаемся до сих пор.
Владимир Бортко: Владимир Вольфович, вы верите в то, что вы говорите?
Владимир Жириновский: Да. Это доказывают архивы все.
Владимир Бортко: Конечно. Давайте вы… Атеперь с архивами.
Владимир Жириновский: Да. По всем архивам.
Владимир Бортко: Много ли было… я сейчас спрашиваю не вас, вы это знаете лучше меня, наверное. Я спрашиваю сидящих в зале. Вы знаете, сколько было большевиков в 17-м году?
Владимир Жириновский: 20 тысяч. В Петрограде.
Владимир Бортко: Я думаю, что тех людей, которые делали революцию, было не более 200.
Владимир Жириновский: Да. Еще меньше.
Владимир Бортко: Скажите, что же это такое за 200 человек, которые могли страну, в которой было больше 160 млн. человек, сделать коммунистической? Какими же идеями они обладали? Это что, сверхлюди? А теперь давайте подумаем, что же было. Только что, Владимир Вольфович, вы слышали, сказал, какой ужас принесли большевики. Давайте подумаем, что было перед Октябрьской революцией. Я могу сказать. Скажите, пожалуйста, большевики толкали Россию в империалистическую войну?
Владимир Жириновский: Нет!
Владимир Бортко: Подожди, одну секунду. Подожди.
Владимир Жириновский: Царь имел право, страна объявила войну.
В: Пожалуйста, по очереди. Владимир Вольфович…
Владимир Бортко: Значит, не большевики, в этой войне полтора миллиона было убито, два с половиной миллиона людей были в плену, сдались, и миллион дезертировало оттуда, в основном в Петроград. Веселые были времена. Скажите, пожалуйста, большевики ли заставили царя отречься?
В: Нет.
Владимир Бортко: Он был главнокомандующий армии, он бросил свою армию и ушел, сказал: я больше не играю. Большевики выпустили 10000 уголовников из тюрем, нет, скажите, пожалуйста, большевики ли стремились к сепаратизму, когда тут же начал отделяться Кавказ, отделялась Средняя Азия, отделялась Сибирь и Кубань? И вдруг, и вдруг, да это все делали… Ленин по заказу, знаете, прислали Ленина. И вдруг Гражданская война. Скажите, пожалуйста, Ленину ли помогала Антанта? Или она помогала кому другим?
Владимир Жириновский: Ленину, большевикам.
Владимир Бортко: Интересно. Это интересно…
Владимир Жириновский: Вы до сих пор заблуждаетесь, именно так и делала Антанта. Она мешала белым победить. Она остановила польское наступление на Москву, специально, чтобы большевики могли разгромить Белую армию.
Владимир Бортко: Я могу говорить? Я могу продолжать?
Владимир Жириновский: Не можете продолжать. Вы обвиняемый.
В: Да, да, Это уже просто по очереди.
Владимир Бортко: По очереди, правильно.
В: Да, да, по очереди. Хотя по очереди всегда не очень получается.
Владимир Бортко: Значит, эти крики и вопли, понимаете, они, конечно, хороши. Но важна история. Важно то, что Антанта вооружала белых, это вы знаете сами. Не красных, а белых. И вдруг те самые красные, которых была-то горстка, за короткое время завоевали всю страну. Почему? Что случилось? Да ничего, кроме одного. Понятно было, против чего и против кого воюют.
В: То есть идеи были.
Владимир Бортко: Конечно.
