Хельмер в исполнении Криса падает на колени, проклиная все вокруг, продолжая звать жену.
Я скрываюсь за кулисами
Зрителям остается наблюдать за брошенным, раздавленным мужчиной, прежде чем занавес закрывается. Еще секунда, и слышится громкие аплодисменты толпы.
Не думая ни о чем, я возвращаюсь к Крису и кидаюсь ему в объятья. Это было чудесно.
- Ты был чертовски хорош, - я легко целую его, и он отвечает мне взаимностью. На сцену возвращаются остальные актеры. Я беру за руку Нуру, и улыбаюсь Эвену, Вильде, и даже Ибен. Сегодня она счастлива, как никогда. Ведь это день ее прорыва. Сегодня она звезда. И я не отрицаю.
Мы выходим на поклон зрителей.
Первым делом я нахожу глазами маму. Все представление я боялась смотреть на зрителей, не наткнувшись случайно на взгляд матери, иначе я бы забыла все реплики. Но теперь я могла счастливо махать ей.
И вот действующие актеры начинают спускаюсь вниз, чтобы обменяться впечатлениями с родными и близкими. Я также спешу спуститься, но Крис приостанавливает меня. Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, но я отстраняюсь. Он недовольно хмурится.
- Тут мама, - посмешила объяснится. – Ты уверен, что хочешь признаться перед родителями? Тебя это не смущает?
- Эва, - он смотрит на меня с той редкой нежностью, в которой хочется утонуть и легко проводит ладонью по волосам. – Мне нечего больше скрывать. Это время позади, - и он целует меня.
Когда я наконец отрываюсь от его губ, наши лбы соприкасаются, и я слышу его шепот:
- Мне не стыдно. Любить тебя не стыдно.
Когда минутою позже он обменивается приветствиями с моей мамой, я не могу сдержать глупую улыбку.
Любовь – это когда ничего не стыдно, ничего не страшно.
Впервые. Он впервые признался мне в любви.
