Граф нахмурился и перенесся на полчаса назад, когда в его кабинет пожаловала Алисия. Первый министр едва успел обрисовать Вардену сложившуюся ситуацию, собирался нажать на Эммануэля и еще раз допросить Мирабель. Ее величество выглядела крайне раздраженной, пришлось прерваться, чтобы немного ее успокоить. Ленар полагал, императрицу известил сын, ведь она явилась вслед за ним, и вот теперь занятный поворот…
– Помилуй, – медленно произнес граф, – по доброй воле я бы к твоей матушке не сунулся. Только если бы хотел добавить очков в копилку ее неприязни ко мне. А вот…
Не договорив, он метнулся к двери и провернул ключ в замке. Не успел – распахнув дверь, Ленар услышал лишь удаляющийся топот ног, заметил промельк юбок.
– Вот и разгадка! – Граф указал на спину удаляющейся женщины. – Фрейлины твоей матушки охотно шпионят для нее. Они же разбудили госпожу, чтобы с придыханием сообщить о несостоявшемся свидании. С Валерией ты хотя бы успел?
Варден не ответил, но выражение его лица подсказало: баронесса оказалась сговорчивой.
– Знаешь, а она ведь не девственница. – Когда дверь вновь закрылась, император посвятил друга в подробности чужой интимной жизни. – Клялась, что спала только с одним. Якобы он ее соблазнил, изнасиловал, и она, сгорая от стыда, скрыла все от родителей. В постели так себе, хотя быстро учится, зато до того, как задрала ножки… Меня так удовлетворяла только леди Орис. Именно поэтому я не сержусь, Ленар, хотя следовало бы хорошенько тебя проучить. Подделка моего почерка – серьезное преступление. Вряд ли ты пошел на него просто так, поэтому, – лукаво подмигнул Варден, – перестань врать и признай, что голубоглазая красотка запала в твое сердце.
Граф не позволил беззаботному тону друга себя обмануть. Он уловил оба предупреждения, но как минимум одно собирался проигнорировать.
Несмотря на похищение одной из участниц, отбор продолжался. Императрица настаивала на необходимости сохранить лицо. А пропавшая девушка… Объявят, что она отправилась домой, не оправдала ожиданий.
– Можно подумать, такого не случалось прежде? – размешивая сахар в кофе, равнодушно заметила Алисия. – Помнится, вы сами спешно выставили одну недостойную особу.
Обе левретки возлежали неподалеку от хозяйки на шелковых подушках. Глупые дрожащие твари! Хотелось ухватить их за инкрустированные бриллиантами ошейники и вышвырнуть вон. Но Ленар догадывался, что дело не в собаках, а в императрице. Ее слова привели его в ярость. Назвать Ефимию недостойной, сравнить ее с той виконтессой, или как там ее? Приклеенная почтительная улыбка застыла на лице первого министра, в то время как в душе бушевала буря.
И еще этот пропахший нафталином и духами Алисии будуар! Прежде он понятия не имел, как ненавидит ее запах.
– Однако, – вежливо напомнил Ленар, – девушку вторично пригласил на свидание император. Это факт, о нем известно в крыле претенденток.
– И что же? – недоуменно перевела на него взор Алисия и поставила изящную чашечку с изображением пастушки на туалетный столик. – Мой сын волен изменить свое решение в любую минуту. Девушка привлекла его внимание, но точно так же оттолкнула глупой ошибкой или непомерной гордыней.
Граф порадовался, что спрятал руки за спиной. Только левретки видели, как его пальцы сжались в кулаки.
Императрица не терпела «постельных аудиенций», однако приняла его в будуаре, за утренней чашкой кофе, которую неизменно выпивала перед завтраком. Вряд ли случайно. Что-то изменилось, раз Алисия отважилась показаться перед ним без шиньона, с папильотками в редеющих волосах и в бледно-розовом пеньюаре. Мягкий утренний свет безжалостно подчеркнул все морщины и возрастные изменения, однако, надо отдать ей должное, мать Вардена смотрелась достойно. А еще уверенно. Даже слишком уверенно, из чего Ленар сделал простой вывод: она удостоверилась в своей власти. Странно говорить такое об особе ее положения, но Алисия действительно вела себя так, будто устранила некую угрозу и теперь могла с чистой совестью расслабиться. Все это наводило на определенные мысли.
– Однако мы с вами знаем, это не так, – покачал головой граф.
Его глаза впились в лицо императрицы, и, странное дело, она отвела взор. Разумеется, Алисия попыталась замаскировать мимолетное смущение равнодушием, сделала очередной неспешный глоток, но поздно. Укрепившись в смутных подозрениях, первый министр продолжил наступление.
– Ваше величество, – он осмелился остановиться за спинкой ее кресла и наблюдал за отражением Алисии в зеркале, – нам не нужен очередной скандал. Сами понимаете, если вдруг всплывут некие факты…
– Факты? – недоуменно переспросила императрица и взмахнула рукой, словно отгоняла досужие домыслы. – Право, граф, на что вы намекаете? И сядьте, пожалуйста, а то у меня заболит шея.
Ленар почтительно склонил голову, пряча довольную улыбку. Он сумел пошатнуть душевное равновесие противницы, не зря Алисия стремится избежать близкого контакта. Когда собеседник далеко, не дышит тебе в спину, проще контролировать свои слова и эмоции.
