Пятый зашел в кабинет вместе с ней. Он не доверял ей, поэтому держал при себе пистолет и был наготове для нападения. Он очень бы не хотел идти в пристанище его бывшего врага. Да, ему было плевать на Академию Рейн, тем более, что он знал, что это не место для злодеев и что у Комиссия хотела устранить их по другой, неизвестной Пятому, причине. Но он был тем, кто проникал сюда не раз и убил немалое количество народа в этих стенах, после чего Рейн разбросала своих участников по свету, чтобы их было труднее отловить. Так что в целом да, Пятый был их врагом. Но другого выбора у него не было, ему нужна помощь. И он сделает все, чтобы ее получить.
— Знаешь почему мы боремся с Комиссией на самом деле? — госпожа Рейн продолжала смотреть в окно, вдыхая едкий табачный дым из трубки. Нити дыма элегантно вздымались вверх, вырисовывая узор, что придавало виду главы академии некую изюминку.
Пятый слегка щурит глаза и поджимает губы, наклоняя голову в бок. Он сам хотел спросить, но был чертовски благодарен, что ему не пришлось спрашивать напрямую.
— С удовольствием послушаю твою версию.
Он телепортируется к креслу за рабочим столом Рейн и вальяжно располагается на нем, закидывая стопу ноги на колено другой и откидываясь на спинку кресла.
— Ни капли уважения к старшим.
— Мне шестьдесят шесть
— А ты хорошо сохранился, я смотрю, — она оборачивается к нему и улыбается, оголяя ряд ровных белых зубов. От улыбки ее глаза немного сужаются, становясь более хитрыми, — во всяком случае, мне намного больше, лет, Номер Пять.
— Тогда ты тоже прекрасно сохранилась.
Пятый не любил церемониться, ибо различать возраст в людях разучился уже слишком давно, как и придавать этому значение.
— Когда я узнала, что на свет начали появляться необычные дети, я сразу задалась вопросом, каково им будет жить в мире, где все их будут бояться? Ведь они заимели способности, которые, при неправильном воспитании, могут послужить началу конца и очевидно, что люди будут внушать им свое превосходство, — она подняла руку, сгибая в локте и зажимая кулак, — люди всегда пытаются задавить тех, кто выше их по ступени эволюции, ибо признать что-то новое, значит стать чем-то старым и ненужным. А что происходит со старыми вещами?
— Их забывают…
— В лучшем случае. Когда Реджинальд, ваш приемный отец, начал вас собирать в кучку героев, я поняла, что он делает ошибку, но остановить его у меня не было сил. Поэтому я начала свой собственный сбор детей, который я прячу уже много лет от обычного мира, ведь здесь они могут быть свободны. Они могут не бояться, что они кого-то ранят. Здесь они все равны. И все было почти прекрасно, но…
— Комиссия обнаружила вас.
— Да! — Рейн, до этого меряя комнату шагами вдоль окон, резко повернулась к Пятому, вскидывая руки в утвердительном жесте, — Академия отправила вас, киллеров слепо уничтожать моих детей, которые не вредили никому. Они жили в мире и никого не трогали. Но Комиссия решила, что они как-то влияют на события, которые «должны» произойти. И тогда я снова задалась вопросом. Почему кто-то имеет право решать, кто достоин жить и строить этот мир, а кто нет?
— И тогда вы решили ответить Комиссии?
— Именно, смышленый мальчик, — она подмигнула ему, снова затягивая в себя новую порцию дыма, — тогда я начала обучать своих детей искусству защиты и использования их сил в бою, а затем спрятала их в разных уголках мира, научив их скрываться и сливаться с обычными людьми. Но Комиссия продолжала их убивать. Я хочу положить этому конец, а для этого, к сожалению, нужно…
— Уничтожить Комиссию Времени, — Пятый встал с кресла и подошел к Рейн. Он был чуть выше нее, поэтому ему пришлось немного наклонить голову, что заглянуть в глаза женщины. Если ей и правда больше, чем Пятому, то она ужасающе хорошо сохранилась, на лице были совсем легкие мимические морщины, а во взгляде читалась та боль и тяжесть, которую пришлось преодолеть ей. И это было единственным, что выдавало ее возраст, — Я помогу Вам, но при одном условии.
— Я открыта к предложениям, — она выдыхает ему клуб едкого дыма, но Пятый лишь слегка морщится от остроты в носу, забавляя Рейн своей реакцией.
— Мы должны обязательно вытащить оттуда Викс.
Рейн делает движение бровями, резко скидывая их и опуская.
— А ты уверен, что она захочет вернуться? — получив от Пятого тяжелый серьезный взгляд, она протянула ему руку, — Договорились.
Брюнет слегка помялся, но пожал предложенную руку, скрепляя союз между ними.
В голове Пятого проскакивало много мыслей по поводу рассказа Мисс Рейн. Она говорила очень правильные вещи, ведь Пятого тоже не устраивало, что апокалипсис должен был случиться и именно поэтому он предал контору. Не то, что бы он был ей сильно предан.
