— Я не добр, Мия, а корыстен. У тебя способности к физике. Окончишь институт — пойдешь работать в мою лабораторию. Мне нужны твои мозги, и я вкладываю деньги в будущие проекты.
Объяснение показалось мне надуманным, чувствовалась в нем какая-то недосказанность. Однако физика мне нравилась, и научно-исследовательская работа под руководством Леонида Сергеевича казалась счастливым билетом в светлое будущее. Так что я больше не зацикливаюсь на странностях нашего хозяина. И спокойно пользуюсь тем, что он дает.
В конце концов, у Леонида Сергеевича одно требование — учиться на «отлично».
Было одно. До сегодняшнего вечера.
Вернувшись домой и отужинав с племянником, Леонид Сергеевич вызвал меня в свой кабинет.
— Мия, это твой последний год в школе?
Он и сам прекрасно это знает.
— Да, Леонид Сергеевич, — отвечаю я вежливо.
— Планы не изменились? Хочешь и дальше изучать физику?
— Да, хочу.
— Куда планируешь поступать?
Называю три института, куда реально могу попасть, набрав хорошие баллы на экзаменах.
— Университет почему не рассматриваешь?
— Физико-технический? Чтобы туда поступить, одних баллов недостаточно.
Я тактично молчу о том, что берут туда только элиту. Лучших из лучших, и не только по учебе. А я, хоть и пользуюсь определенными привилегиями, все же остаюсь дочерью служанки.
— Я дам необходимые рекомендации и оплачу обучение, — говорит Леонид Сергеевич небрежно, как будто мы беседуем о погоде, а не о моем будущем.
У меня перехватывает дыхание. Я и о том, что имею, мечтать не смела. А универ — это вообще за гранью. Я смогу там учиться?! Вау!
— Спасибо, Леонид Сергеевич! Это… потрясающе.
— Как понимаешь, при определенных условиях, — добавляет Леонид Сергеевич. — Ты оканчиваешь школу с золотой медалью. В течение этого года сдаешь экзамен на сертификат по знанию языка. Это чтобы в будущем не было проблем со стажировкой за границей. И игнорируешь моего племянника.
— Что? — переспрашиваю я, несколько опешив от последнего пункта.
— Все перечислить? — усмехается Леонид Сергеевич.
— Нет, про племянника, пожалуйста. Я не должна с ним разговаривать? Без проблем!
— Вы уже познакомились?
Да, если это можно назвать знакомством.
— Столкнулись во дворе, — отвечаю я уклончиво.
— У Кирилла проблемы в семье, и он пока поживет у меня. Разговаривать вы, безусловно, можете. Я хочу, чтобы ты в него не влюблялась.
— Что? — повторяю я, как дурочка.
Впрочем, дурочкой я себя и чувствую.
— Я запрещаю тебе его любить, — говорит Леонид Сергеевич. — Так понятнее?
— А… Конечно. Я знаю, что он мне не пара.
Не объяснять же ему, что Кирилл никогда мне не понравится просто потому, что он — мажор. Я давным-давно запретила себе заглядываться на таких парней.
— Хорошо, что ты это понимаешь, — удовлетворенно кивает Леонид Сергеевич. — Можешь идти. Условия ты услышала, выбор за тобой.
Да какой еще выбор?! Между Кириллом и учебой в лучшем универе страны? С перспективой стажироваться за границей? Ха! Тут и думать не о чем!
Выхожу из кабинета, направляюсь к лестнице, но кто-то хватает меня поперек туловища, одновременно зажимая рукой рот. И тащит куда-то в темноту.
Испуг быстро сменяется злостью. Даже гадать не пришлось, кто такой смелый! В доме появился лишь один новый жилец.
Кирилл, ты труп!
Я сильная, однако вырваться из железной хватки не могу. И, как ни стараюсь, лягнуть наглеца по колену не получается. Вспыхнувший свет слепит глаза.
— Эй, поросеночек! — шипит Кирилл мне на ухо. — Если пообещаешь не визжать, отпущу.
Пытаюсь кивнуть в знак согласия. Визжать не буду. Упырок не знает, что это бесполезно, в доме толстые стены. Зачем визжать? Я его молча прибью!
Хватка немного слабеет, я выворачиваюсь и пытаюсь стукнуть Кирилла обеими руками в грудь. А он опять ускользает! И я лечу рыбкой… прямо на кровать. Матрас пружинит, но я гашу рикошет и, развернувшись, вскакиваю на ноги и сжимаю кулаки.
— Неплохо, — кивает Кирилл, отойдя на безопасное расстояние. — Еще потанцуем? Кажется, до тебя еще не дошло, что достать меня невозможно.
Я легко вспыхиваю, но быстро успокаиваюсь. Просто напоминаю себе что-нибудь реалистичное, и это гасит эмоции. Вот сейчас, например, достаточно представить, как рассердится Леонид Сергеевич, если покалечить его племянника.
— Ты что себе позволяешь? — спрашиваю я, досчитав про себя до пяти. — Не боишься, что дяде пожалуюсь?
— Так и знал, что ты дятел, — цедит Кирилл сквозь зубы.
— Чего?!
Может быть, Леонид Сергеевич намекал, что у его племянника крыша протекает, когда запрещал влюбляться? Он же полный неадекват!
— Давай, рассказывай, что ты там дяде наплела.
У-у-у… Похоже, у кого-то рыльце в пушку?
— Я первая задала вопрос. — Скрестив на груди руки, падаю в кресло. Кирилл затащил меня в свою комнату. Правильно, куда ж еще? — Что ты себе позволяешь? Почему так со мной обращаешься? Если хотел поговорить, мог бы просто сказать.
— И ты пришла бы сюда добровольно? — скептически интересуется он.
— Нет. И нечего усмехаться, я тебе честно ответила. Предпочла бы нейтральную территорию.
— Например, кабинет дяди?
— А у тебя ко мне что-то личное?