Тефтелька отходчивая, она не умеет долго злиться. Она пухленькая — кругленькая, как шарик. И волосы у нее, как шарик — пушистые и кудрявые. Толстых не любят, но на Тефтельку косо никто не посмотрит. Боятся. Не ее, конечно, а ее папу — мэра нашего чудесного городка. Тефтелька милая, несмотря на лишний вес. И прозвище она сама всем сообщает. Говорит, оно у нее чуть ли ни с детского сада.
Раскрасневшаяся Полли падает на стул.
— Чего такая довольная? — интересуется Тефтелька. — Он тебя в кафе пригласил?
— Не-а, — отвечает Полли. — Ой, девочки, он такой классный!
Вздыхаю и открываю учебник по истории, чтобы освежить в памяти параграф. Похоже, по Кириллу действительно сохнут все девчонки! И что они в нем нашли?!
— Белка, — шепчет на ухо Полли, когда Тефтелька отворачивается. — Кай тебе, правда, не нравится?
— Правда, — бурчу я. — Забирай.
Она как-то странно на меня смотрит, но тут в классе появляется Вера Васильевна, она же Верушка, учитель истории, и все разговоры стихают.
— Достали книги, тетради, ручки, — произносит она дежурную фразу. — Кто отсутствует?
На уроках Верушки тихо. Очень тихо. Ее уважают за интересные рассказы, за непредвзятое отношение к истории, за готовность обсудить любую тему. Меня от атмосферы на уроке немного клонит в сон. Не люблю историю — скучно. Обычно заставляю себя слушать, оценки все же нужны, но сегодня все мысли о Кирилле.
Вот же упырок! Воспитывать меня он собрался… Пусть Королеву воспитывает! Идти или не идти в кафе? И то, и другое — плохо. Пойду — и завтра сплетни разлетятся по всей школе. Нет, уже сегодня! И сфоткают, и в чат выкинут. Не пойду — и неизвестно, как Кирилл отреагирует. Он же бешеный! Надо идти… Или лучше улизнуть? Разберусь с ним дома!
Едва доживаю до окончания уроков!
— Белка, ты куда? — окликает меня Тефтелька. — Может, сходим в кафе? Я угощаю.
— Ты иди, мне в библиотеку надо заскочить, — отвечаю я, сворачивая в коридор, ведущий к боковой лестнице.
Библиотека в другой стороне. Но не должна же я отчитываться! Может, у меня живот схватило.
Из школы есть еще один выход, через столовую.
Прохожу через зал, воровато оглядываясь. Сейчас здесь почти никого нет, и дежурных не видно. Некому меня остановить, когда ныряю в служебное помещение. Всего два шага — и я у заветной двери. Хорошо, что еще тепло, и нет необходимости забирать верхнюю одежду из гардероба.
Толкаю дверь и выхожу во двор. Как же на улице хорошо! Недавно закончился дождь, и воздух свежий, пахучий. Поправляю на плече сумку, делаю пару шагов…
— Какая встреча, поросенок! — Слышу знакомый голос Кирилла и спотыкаюсь на ровном месте. — Так и знал, что попытаешься сбежать!
Последняя фраза звучит, когда я приземляюсь на четвереньки.
Кирилл специально дал мне упасть. Затылком чувствую, как он лыбится, глядя на мое раскорячившееся тело! Ведь мог же хотя бы попытался схватить за руку…
Больно. Я с детства не разбивала коленки. И обидно. Я отлично держу равновесие, ведь я — флайер. И так нелепо шмякнуться на глазах у Кирилла!
— Эй! Если хотела в луже искупаться…
Поднимаясь, не могу сдержать судорожный всхлип, и Кирилл внезапно замолкает. Сильные руки обхватывают плечи. Он рывком ставит меня на ноги, и я шиплю сквозь зубы из-за саднящих коленок.
— Сильно… ушиблась?
Рили? Я должна знать, это издевка или искреннее сочувствие! Чтобы заглянуть Кириллу в глаза, мне нужно задрать голову. Он высокий, моя макушка едва достает ему до плеча.
Кирилл смотрит на меня хмуро, и я с досадой отвожу взгляд.
— Тебе не все равно? — бормочу себе под нос.
И наклоняюсь, чтобы поднять вещи. Увы, сегодня я взяла с собой шопер, тканевую сумку на длинных ручках. Она улетела в лужу и, конечно же, намокла. Колготки порвались, ладони я стесала об асфальт. Чувствую себя так кринжово, что готова провалиться под землю.
— Ребятки, что вы тут делаете?
Еще и Марина Владимировна, заведующая столовой, вышла полюбоваться на мой позор!
— В догонялки играли, — отвечает Кирилл. — И я нечаянно уронил Мию.
У меня нет слов! И этот упырок называет лгуньей
— Что ж так неосторожно, — качает головой Марина Владимировна. — Мия, заходи, ссадины надо обработать.
— Разрешите, я сам? Если дадите аптечку.
Кирилл и тут успевает раньше, чем я успеваю открыть рот.
— Сейчас принесу, — улыбается Марина Владимировна.
А упырок вдруг хватает меня на руки и тащит на ближайшую лавочку.
— Кирилл, ты труп, — шиплю я. — Что ты творишь?!
— Ты чего такая злая? — удивляется он. — Не хотела, чтобы над тобой смеялись, и я сказал, что толкнул тебя. Раны обработаю, домой отвезу. В натуре, поросенок! О ней заботятся, а она возмущается.
Сейчас всплакну от умиления!
— Если бы ты меня не испугал, я не упала бы!
— Ты не упала бы, если бы сразу пошла в кафе, — парирует Кирилл. — Я тебя что, в мотель пригласил?!
К нам подходит Марина Владимировна с аптечкой и бутылкой воды, и я пользуюсь ее присутствием, чтобы не отвечать на очередное глупое обвинение.
— Спасибо! Я принесу все обратно, — обещает Кирилл, открывая аптечку.
— Оставь, я сама могу, — прошу я мрачно, когда Марина Владимировна уходит.
Он меня игнорирует.