– Адам сделал это, – холодно произнесла она. – Я это хорошо помню. А то, что бабушка и тетя – это один и тот же человек, я и так знала.
– Знала? – Нахмурился он. – Прекрасно. Может, объяснишь? У меня просто в голове не укладывается. То ты от нее сбегаешь, обвиняешь в том, что она избила тебя, то вдруг объявляешься в Лос-Анджелесе, притом зная, что Элизабет и Полина – это один человек, и живешь с ней так, будто ничего не было. Прикидываешься, что она и вправду твоя бабушка. Объясни.
– Просто, я единственный человек, кто у нее остался после Адама. Я понимала, что она уже не та холодная и бесчувственная женщина, которой была раньше. Она просто больная старуха, которой была нужна забота и поддержка. Я не могла оставить ее одну. Я простила ее.
– Мать Тереза, черт тебя дери! И все равно никакой логики, Луна. Несостыковка получается. Понимаешь, в этой истории тебя попросту нет, – Рэйн подошел к ней, положив руки на плечи девушки. – Я не спорю, может, то, что ты рассказала – правда. Но твою роль в этой истории играл кто-то другой.
– Хотите сказать, что я примерила на себя чужую роль? – Луна рассмеялась. – О, мистер Рэйн. Как же вы глубоко ошибаетесь. Тогда вам будет интересно услышать, что произошло с Адамом после того, как я покинула Канзас– Сити.
– Луна… – начал он, опустив руки.
– Нет, вы послушайте. И если вы не поверите моим словам, то просто проверьте информацию.
– Хорошо, говори, – устало выдохнул Рэйн.
– Он покончил с собой, – вкрадчиво произнесла Луна. – Перерезал себе вены.
Рэйна почему-то испугали ее слова. Он опустил взгляд на свои руки, развернул запястья и округлил глаза, увидев, как его кожу словно рассекает невидимое острейшее лезвие. Кровь тонкой струйкой полилась из небрежных порезов. Рэйн отшатнулся в сторону, замахав руками и разбрызгивая алые капли. Луна захохотала, схватившись за живот.
– Хватит, – прошептал он. – Хватит!
Его крик остановил смех Луны.
– Не нужно бояться, детектив, – холодно произнесла Луна. – Я буду с вами, что бы ни случилось. Неважно где. Неважно когда. Но я буду повсюду. Где бы вы ни были, на что бы вы ни посмотрели, к кому бы ни прикоснулись.
Рэйн осел на пол, прижав колени к груди и обхватив голову.
– Что со мной, черт возьми?! – Мучительно простонал он. – Что со мной происходит? Пусть все закончится! Пусть все закончится!
Рэйн опустил голову. Затем почувствовал, как на неё легла чья-то рука.
– Мистер Рэйн?
Рэйн поднял лицо. Перед ним на корточках сидела Луна. Она непонимающе смотрела на него:
– Что с вами? Вам плохо?
– Что? – Переспросил он. Неужели сознание вновь сыграло с ним злую шутку?
– Я услышала, как хлопнула дверь. Вышла из спальни, а вас нет. Решила подождать, пока вы не вернётесь.
– Что было дальше?
– Дальше вы вернулись. Закрыли дверь. Долго стояли на одном месте. Потом ходили из угла в угол. И вдруг закричали, упав на пол.
Рэйн рассмеялся – громко и нервно. Луна помогла ему подняться.
– Сколько времени?
– Начало второго. Вы не ложились спать? – Она внимательно посмотрела на его лицо, болезненно-желтое, осунувшееся. С пролегшей под глазами тенью. Впалые щёки и шею покрывала густая щетина. Казалось, он постарел на десять или даже двадцать лет. Ноги его не слушались, так что Луне пришлось на себе тащить Рэйна в спальню. Руки детектива были холодны, словно он уже умер. Он не чувствовал собственные руки. И он не ощущал тепла Луны, когда держался за её плечо.
– Ложитесь, – скомандовала Луна, и Рэйн повалился на кровать.
– Я мог бы выспаться и на диване, – вяло произнес он.
– Может, вы плохо спите, потому что диван – это не место для сна.
– Ты ничего не помнишь? – Он приподнялся на подушке.
– О чем вы?
– О нашем разговоре. О Полине Элизабет Эйв. О том, что твоя бабушка и тетя – это один и тот же человек?
– Что? – Она осела на кровать. – Как? Разве это возможно?
Рэйн ухмыльнулся. Он слишком устал, чтобы снова говорить с ней об этом.
– Как такое возможно, мистер Рэйн?
– В твоей истории, оказывается, возможно все.
– В моей истории? – Она изогнула брови. – О какой истории вы говорите?
Рэйн закатил глаза, мучительно простонав, словно его одолела жуткая боль.
– Ты хотя бы знаешь, что Адам покончил с собой, после того как ты уехала из Канзаса?
– Да. Мне рассказал об этом шериф, который нашел ба… – она осеклась. – И как мне теперь ее называть?
– Тетей Полиной. Полина Элизабет Эйв. Мать Адама Эйва, твоего двоюродного брата. Неужели не понятно? – С ухмылкой протянул Рэйн, мысленно смеясь над собой. Неужели он сам уже верит в это?
– Просто непривычно, – вздохнула она.
– Так что тебе там рассказал шериф?
– Он справлялся, как я тут устроилась. Ну и сказал, что Адам покончил с собой. Его нашли в сарае. Кажется, он использовал опасную бритву.
– Тебе и об этом сказали? Надо же, какой заботливый шериф, – ухмыльнулся Рэйн.
– Я сама спросила его об этом. Хотела знать, как он сделал это.
– И способ тебя, конечно же, удовлетворил?
– Конечно, – согласилась она.
– А в каком году это было, не подскажешь?
– Кажется, в 2001.
Рэйн выдохнул.
– В 2001?
– Да.
– Это какой-то бред, – тихо проговорил он.
