-- Немедленно закрой дверь, и жди. Сейчас все будут. - Сказал Василий и, не дожидаясь моей реакции, втолкнул меня в комнату, захлопывая дверь. Сам же остался снаружи.
Разбирательство затянулось надолго. Только к часу ночи мне удалось добраться до своего дивана и задуматься о своей жизни. А ларчик просто открывался. Хотя простотой назвать это вряд ли можно.
Некая дамочка, покидая территорию медицинского заведения, сумела непонятным образом связаться с главным искином и передать звуковое сообщение на мой кокон. Выяснилось, если находиться на территории и включить телефон, то можно звонить по медцентру, разумеется, если знаешь номера телефонов. Даже искину можно позвонить и передать нужную информацию. Но чтоб твоё сообщение дошло до адресата, необходимо знать номер кокона. И это обязательное условие. Номер комнаты можешь и не знать, да он и не нужен. В памяти искина находятся только номера коконов. Откуда она узнала номер кокона, не понятно. Там разбирательства продолжаются. Пытаются выяснить, кто слил номер. Лично я уже догадывался, кто слил, и кто та дамочка. Другое дело, что ничего подобного между нами не было и быть не могло.
Непонятным лично для меня оставался голос. Если б это была Катя, то почему голос совершенно другой? интонации? Я такой девушки не знаю. А если не Катя, тогда кого же выгнали сегодня? Или Катя была не одна? Может подружка? Но зачем той подставляться? Ведь обязательно выяснят, установят. Не сомневаюсь, что и звонок Кати к моему лечащему врачу обнаружат. Не может быть, чтоб такие вещи здесь не фиксировались. Слишком уж всё засекречено.
Конечно, можно выстроить цепочку типа: Катя попросила подружку, а та со своего кокона передала информацию мне через искина. Тогда понятно, почему номер телефона скрыт. Но почему и откуда искину известны имя и фамилия звонившей? Зачем надо было скрывать номер телефона, но оставлять паспортные данные? Почему мне? Почему ни кому-нибудь другому? Чем я отличаюсь от других? Вопросов вагон, ответа ни одного. Даже если так было задумано, то к чему эти дурацкие намёки?
Допустим, что девушки заигрались. Но как они узнали номер кокона? Ладно, Катя сама признавалась, что звонила моему лечащему, который дал номер моего телефона. Вопрос: телефона у меня нет. Ну, мобильного, имеется ввиду. А вот интересно, местный номер случайно не совпадает с номером капсулы? Нет. Там кроме цифр куча букв. Да и охрана вряд ли бы такое допустила. В общем, ни чего путного из моих размышлений у меня не получалось. А допрашивавшие меня господа делиться информацией не собирались. Остаются два администратора. Могли они знать номер моего кокона? Возможно. Но тогда кто-то из девушек должны были быть знакомы хотя бы с одним из них. Маловероятно. Всех проверяли на знакомство с персоналом центра. Вряд ли такое охрана могла пропустить. Исключено.
Вот в таком раздрае чувств меня вернули домой. Состояние было, прямо скажем, не фонтан. Жуть, да и только. Может этот звонок ничего не значит. Может он только для того и предназначался, чтоб выбить меня из колеи. А если нет, то выходит, что и здесь в медцентре небезопасно. Лягу я в кокон, а тут прейдут некие ребятишки, да и порежут моё бренное тело на органы для больших дяденек. Хотя, мои органы вряд ли кому нужны. Слишком уж перенасыщены всякой дрянью.
События сегодняшнего вечера совсем выбили меня из колеи. Устал жутко, но спать не хотелось. Сильно возбуждены нервы. Адреналин так и хлещет. Разве что не типает. Лезть в кокон опасался. А вдруг на самом деле охрана окажется бессильной? Это звуковое сообщение сыграло злую шутку. И охрана оказалась не на высоте. Можно ли им доверять после этого?
-- Я предлагаю вам выпить зелёного чая и, успокоившись, зайти в игру. Это поможет мне привести вашу нервную систему в стабильное состояние. - Вдруг раздался голос искина.
-- Ага. Я напьюсь чая, завалюсь в кокон, а ты меня там и угробишь. - Печально вздохнул я.
-- Третий закон робототехники Азека Азимова работает. Никто его пока не отменял. - Поучительным голосом, как мне показалось, продекламировал искин.
-- Хорошо. Уболтал. Готовь чай. - Согласился я и поплёлся на кухню.
Чай получился не вкусный. Может мне так показалось. Только ощущение после первого же глотка было сродни вкусу свежевымытой, хорошо нагуталининной обуви. Не знаю, какой на самом деле подобный вкус, но ассоциация была именно такой. Однако я мужественно осушил чашку. Поморщился, конечно, но выпил. После чего бесстрашно полез в кокон.
Виртуал встретил меня натуральным птичьим базаром. Не далеко под окном яростно дрались воробьи. Они устроили такой гвалт, что даже шелеста листьев на ближнем тополе неслышно было.
