Многоликий странник полностью

Хейзит резко вывернулся из объятий и со смехом запечатлел на румяной щечке сестры быстрый поцелуй. При этом он не преминул найти взглядом лицо мерга и не без удовольствия удостовериться в том, что его правильные черты исказила гримаса ревности. Ничего, пусть помучается.

– Велла, – цыкнула на детей посерьезневшая Гверна, – не забывай, что на тебя все смотрят. Веди себя, как подобает хозяйке.

– А чем я не хозяйка? – подбоченилась девушка и озорно подмигнула сидевшей за соседним столом шумной компании рыбаков. Те ответили ей громкими шутками-прибаутками и застучали по столу кружками, требуя добавки пива.

– Вот и займись тогда этими молодцами, а я отлучусь пока на кухню. Мне нужно переговорить кое о чем с Хейзитом.

Не снимая фартука, она подтолкнула сына вперед, и он послушно проследовал за кухонную дверь, по пути бросив взгляд на подставку с кружкой Ракли. Интересно, из чего он пьет теперь?

В кухне, у большой плиты возилась с кипящими кастрюлями толстуха Мара, жена Дита, к помощи которой Гверна раньше прибегала лишь в тех случаях, когда таверна оказывалась переполнена и они вдвоем с дочерью не справлялись со всеми заказами. Теперь, похоже, Мара чувствовала себя здесь, как дома. Хейзит ничего против ее присутствия не имел, памятуя о том, что она пуще родной матери баловала их с сестрой в детстве, поскольку отменно умела печь всякую вкуснятину, а своих детей с Дитом так и не нажила.

– Какие гости к нам пожаловали! – заиграла всеми складочками своего круглого лица улыбчивая толстуха. – Мы и не чаяли тебя увидеть раньше первого снега.

– Говоря по правде, я и не собирался, вифа15 Мара, – вздохнул Хейзит, до конца не будучи уверенным в том, стоит ли выкладывать все при посторонних ушах.

– Ты не постоишь за меня у стойки? – без лишних проволочек попросила подругу Гверна. – Велла зашивается, а у меня тут разговор важный.

– С удовольствием передохну после этой парилки, – понимающе кивнула Мара и чинно удалилась, по пути игриво ущипнув Хейзита за мягкое место.

Первым делом Гверна не удержалась и заглянула по очереди во все кастрюли. Помешивая содержимое одной из них большим деревянным половником, она вопросительно оглянулась на сына.

– Ну, выкладывай, что там у тебя стряслось?

Хейзит на всякий случай помедлил с рассказом и поинтересовался, не доходило ли до таверны каких-нибудь слухов о Пограничье.

– Слухов? – Гверна оставила в покое половник и накрыла кастрюлю крышкой, смахивающей размерами на заправский щит виггера. – Слухов тут у нас всегда, что мух в жару. Не далее как вчера Норлан заявился к нам с целой ватагой таких же, как он бравых, гвардейцев, так они рассказывали, будто в Пограничье были найдены доспехи самого Дули, а теперь они хранятся в замке.

– Норлан? – нахмурился Хейзит. – Уж не тот ли это мерг, что зарится на Веллу, а ты этому, похоже, с радостью потакаешь?

– Перестань молоть чушь! Не твоего ума дела, если хочешь знать. Велла уже достаточно взрослая, чтобы за себя решать, с кем ей водить знакомства. А тебе я бы искренне советовала, чем руками махать, лучше бы сам с Норланом пообщался: парень неглупый и в замке, видимо, на хорошем счету.

– То-то ему даже кожаного камзола не дали! – усмехнулся Хейзит. – Между прочим, доспехи Дули я своими глазами видел. Их лазутчики с нашей заставы нашли. – Он запнулся.

– Вот видишь, а Норлан вчера говорил, что их чуть ли не на Мертвом Болоте отыскал какой-то чужеземец, который говорит на нашем языке, но его почти никто не понимает. Спрашивается, кто из вас придумывает? Ну, что замолчал?

Хейзит почесал щеку, взглянул на мать и невесело прищурился.

– Хорошо, пусть будет прав этот мерг. Доспехи и вправду принес довольно странный малый, с которым я, признаться, хотел бы перемолвиться гораздо больше, чем с твоим Норланом. Может, Норлан и имя его упоминал? Ах, нет? Ну, так знай на всякий случай, что зовут этого чужеземца Вил. Хотя вообще-то дело совсем не в нем, не в твоем замечательном Норлане и даже не в доспехах Дули. Как я теперь понимаю, главного пока здесь не знает никто. Наша застава сгорела. Кроме меня и еще нескольких виггеров, которым удалось бежать со мной через подземный ход, в живых, думаю, не осталось никого. А самое жуткое во всей этой истории то, что застава сгорела не сама по себе, а была сожжена шеважа. Мама, они научились управлять огнем.

Гверна прикрыла ладонью рот и тяжело опустилась на табурет. Потом ухватила Хейзита за руку и долго гладила, словно лишний раз убеждаясь в том, что он стоит перед ней, живой и невредимый.

– И что теперь? – только и смогла выдавить она.

– Если честно, ума не приложу. Прошлой ночью мы заночевали на заставе у Тулли. Он-то и дал нам сегодня утром лошадей, чтобы мы быстрее передали эти дурные вести Ракли. Но мы думаем, что Ракли уже и без того знает. Похоже, даже отряд в Пограничье снарядил. Правда, боюсь, их там тоже всех перебьют.

– Так ты должен спешить в замок?