Помимо доктора скорой помощи Золотарева (ныне мента) в милиции служил еще один незаурядный человек, Дима Ляхов. Он закончил институт прикладной математики на родине, во Владивостоке. А потом пошел учиться в духовную семинарию С первого же курса его прикрепили к духовнику, которому Дима через несколько месяцев поведал о том, что он полгода вообще не пьет. Духовник, услышав о таком достижении своего подопечного, тут же налил ему и себе водки в большие глиняные кружки и повелительно произнес: "Пей!" Когда Дима беспрекословно подчинился, духовник спросил: "Сын мой, ответь, что близит человека к дьяволу?" Дима стал перечислять: "Не убий, не укради.." "Нет не только это, -оборвал его духовник, - Гордыня, гордыня нас губит, ибо возрадуется сердце Люцифера если возгордится сын человеческий! Когда ты сказал мне о том, что уже полгода не пьешь, я понял, что ты возгордился. Поэтому и велел тебе выпить, чтобы победить в тебе гордыню."
Дима это понял по-своему и со своим соседом по келье начинал каждое утро с вопроса: "Брат мой, а мы не возгордились?"- после чего выпивал с ним по кружке водки. Но руководство семинарии поняло по-другому, а потому Диму отчислили со второго курса с интересной формулировкой: "За прегрешения, несовместимые с ношением духовного сана, за пьянство и прелюбодейство." Ну куда теперь податься такому человеку? Конечно, в милицию. Спустившись с небес на землю, Дима все-таки не забывал наставления духовного отца. И каждый день боролся с гордыней. Причем настолько активно, что перенес эту борьбу в массы: в частности, боролся с гордыней местных БОМЖЕЙ. В кругу товарищей по оружию Дима получил кличку "Расстрига". В один прекрасный день, Диму уставшего от борьбы с гордыней и мирно отдыхавшего дома в своей квартире на первом этаже, навестили представители нечистых сил, которые в огромном количестве лезли в окно. Видимо, Дима не очень хорошо учился в семинарии, а посему стал бороться с нечистью не молитвами, а применил против чертей табельное оружие, разрядив в окно две пистолетных обоймы - 16 боевых патронов. Наверное, Бог в тот момент не дремал, и в зоне обстрела не оказалось прохожих... Дима после этого был отправлен куда следует, в сугубо мирское заведение. Милицейская карьера расстриги, прервалась так же, как и духовная.
В отделении милиции бушевал банкет по случаю Дня рождения. Конечно, такое событие не могло обойтись без бывшего доктора Золотарева. Точнее, оно-то могло, но сам он не мог. Все хорошо, но завтра рабочий день, а потому неплохо бы выяснить меру. А как узнать меру? Что есть истина? На этот вопрос нашел ответ Золотарев.
- Меру! Меру, мужики, надо знать, - важно произнес бывший доктор и тут же без чувств рухнул со стула. Сразу всем стало ясно, что вот она - мера! Значит, больше нельзя!
Доктор-милиционер Золотарев угодил на милицейской службе в опалу. Начальству, видите ли, как жене патологоанатома не понравилось то, что он пил по 4 бутылки водки в день.
Как истинный русский офицер экс-доктор, а теперь уже и экс-опер Золотарев уехал жить к родным пенатам... В деревню, в глушь - правда, не в Саратов, а поближе, в деревню близ Малаховки. И вернулся в медицину. Пошел работать терапевтом в какую-то деревенскую поликлинику. Бедного доктора там только и ждали, караулили между сериалами.
Является одна (рассказывает доктор), пищит: "Знаете, дохтор, у меня тут чешется, а тут болить!"
Первым желанием доктора было надеть пищащей бабке на голову помойное ведро, но вот досада - нельзя! Хамить - снова нехорошо. Доктор задумался и решил поиздеваться.
- Вы знаете, - начал Золотарев, - в Голландии разработан принципиально новый, но очень эффективный метод лечения: уринокопротерапия.
Доктор назначил такое лечение: помазать голубиным пометом те места, где чешется и болит. После чего 2 часа (никак не меньше!) не справлять малую нужду. Потом (через 2 часа) надо помочиться и смыть этой мочой голубиный помет. И надо так делать минимум 2 раза в день на протяжении двух недель!
Через две недели приплыла утицей довольная бабуся:
- Дохтор! Представляете - помогло! Как же мне хорошо!
И тут же следом за бабушкой в кабинет ввалилась делегация других бабушек, но только ужасно возмущенных:
- Это как же так, дохтор!!! Вы Марье Ивановне назначили, а нам - нет!
- Хорошо! Назначаю всем! - ответил доктор. Через две недели на Золотарева поступила коллективная жалоба от родственников счастливых пенсионерок. Им не понравился оригинальный метод. Жалобе дали ход, а может быть, и нет.
Может быть, и проскочило это где-то у меня, а может быть, и забылось.
Брат мой работал неподалеку от дома. Там как раз отделение милиции было.
И сделалось однажды затмение как бы на полчаса: у гостей столицы конфисковали 200 литров спирта.
Гостей обозвали персонами и нонгратами, а спирт притягивал к себе, как магнит. Ибо сместилась небесная ось.
Сначала, конечно, поделились со всеми начальниками, но спирта после этого все равно осталось 80 литров.