Луиза вдруг повалилась на колени:
— Но вам ничего бы от этого не было! Правда, не было бы! Хоть вас и хотят заставить поверить, что было бы. Но ей это не удастся, вы ведь меня знаете. Знаете, дорогая… знаете!
— Зачем ты это сделала, Луи?
Луиза откинулась назад и села. По ее лицу ручьем бежали слезы.
— Вы ничего не хотели слушать, ничему не верили. Что мне оставалось?
— И поэтому ты подложила гадюк ко мне в постель? Встань, Луи. — Рейчел повернулась к мисс Силвер. — И все остальное тоже сделала она?
— Да, мисс Трихерн. Но я уверена, Луиза не причинила бы вам вреда. Она пыталась предостеречь вас. Начала она с анонимных писем. Потом натерла ступеньки, но держалась поблизости, чтобы не дать вам ступить на них. Она же подожгла шторы, а потом потушила огонь. Убедила вас, что конфеты были отравлены, но я думаю, в них был только хинин, потому что я обнаружила пузырек на полке ее умывальника. Луиза изучила вас, и потому была уверена, что вы не отдадите эти конфеты на анализ.
— Хинин?
— Да, мисс Трихерн. Очень горький на вкус, но безвредный. Луиза пыталась отравить не ваше тело, а только ваше сознание. Настроить вас против родственников. Главным образом, против мисс Каролины, к которой она испытывает ревность.
Наступившее молчание нарушил вздох Рейчел:
— О, Луи!
Луиза встала. Сердито выпрямилась во весь рост.
— Вы не спрашиваете меня, правда ли это.
— Правда, Луи?
Она вскинула голову.
— Я скажу, что правда. — Она оглянулась, будто что-то искала. Потом схватила с ночного столика старинную Библию. — Всю правду скажу, одну только правду. Да помоги мне Господь! Клянусь на Библии этой женщины, что никогда не причинила бы вам зла. Я всегда хотела видеть вас счастливой и всегда старалась оградить вас от беды. Но вы мне не верили.
— Расскажи, что ты сделала и почему.
Луиза села на край постели. Сложила ладони над Библией и сказала:
— Если мисс умеет читать душу человека как книгу, тогда она знает, что я говорю правду. Я слышала про таких, но как она это делает, не знаю. И если она такая умная и видит всех насквозь, что же она не скажет, кто творит зло в этом доме? А такие есть, и это истинная правда. Ступеньки натер кто-то другой, а потом уже я. И случилось это не в тот день, а в воскресенье вечером. Мисс Рейчел вернулась поздно. Все знали, что она опаздывает к обеду и будет торопиться, чтобы не заставлять их ждать. А кто-то один надеялся, что если она в спешке будет спускаться по лестнице, то обязательно упадет, потому что верхняя ступенька блестела как зеркало. Но вы, мисс Рейчел, послали меня вниз сказать, чтобы вас не ждали. Я-то не торопилась, крепко держалась за перила и спаслась. А потом принесла горячей воды, смыла полировку и ничего никому не сказала, потому что какой от этого толк? А ночью решила, что должна показать вам, как это было. И тогда, в следующую субботу, пока вы купали Нойзи, я натерла три ступеньки. Но вы к этому случаю не отнеслись серьезно. И я подожгла шторы, а потом начинила конфеты хинином, и гадюк вам подложила я. Но не думайте, моя дорогая, что я дала бы вам лечь тогда в постель. Гадюки зимой глупые. Я думала, они будут спокойно лежать в тепле возле грелки. Я собиралась закричать и сбросить постель с кровати, как и сделала. Правда, я не ожидала, что гадюки окажутся такими проворными. Это, наверное, от тепла. Когда я покупала их, они были как дохлые.
Рейчел опустила голову на руку.
— Нойзи такой молодец, прикончил их, слава богу, и я с легкой душой отправила их в огонь. Я думала, теперь-то вы поверите, что кто-то хочет причинить вам зло.
— Значит, за всем этим стояла ты, Луи!
Луиза снова схватила Библию.
— Нет, дорогая, неправда! — Она повернулась к мисс Силвер. — И вы дадите ей поверить? Если вы не можете отличить вранье от правды, тогда какой от вас толк? Я говорю правду. Я ничего не собиралась делать с конфетами, у меня и в голове такого не было. Но пока мисс Рейчел была в ванной, я решила положить конфеты в вазу, одна конфета перевернулась, и я заметила, что на дне она повреждена. Я бросила ее в камин, не подумав, и только потом до меня дошло, что я зря это сделала. Могла бы доказать мисс Рейчел, что ее хотят отравить. Я быстро осмотрела остальные конфеты. Поврежденных больше не было. Вот тогда я и решила добавить в них хинину, как мисс и сказала.
Глаза мисс Силвер блеснули, взгляд стал настороженным.
— Вы говорите, одна конфета была проткнута? Вы уверены в этом?
В темных глазах Луизы сверкнуло и погасло торжествующее выражение.
— Уверена. На все сто уверена! — воскликнула Луиза. — Я ведь на Библии поклялась говорить правду. Вот она, у меня в руках. И еще вот что скажу. Пусть на меня падет проклятие еще большее, чем на египтян или Иуду, предателя, если я говорю неправду или что-то выдумываю!
Рейчел взглянула на нее, потом подняла голову и тихим, ровным голосом спросила:
— А со скалы кто меня столкнул?
Луиза встала, отнесла Библию на столик возле кровати. Потом подошла к Рейчел и положила руку ей на плечо.
— Дорогая, вы думаете, это я вас столкнула? — мягко, как говорят с детьми, спросила она.
